В котором часу вы закрылись вчера?
Вид у Нэша стал такой, как будто его головная боль вернулась.
– В два. Распоряжение мэрии.
– Танцовщицы расходятся сразу?
– А чего им там торчать?
– Вы видели, как уходила Анжела Шрайбер?
– Нет.
– А вы? – спросил Кинс. – Во сколько вы сами вышли из клуба?
– Я заполнил учетные книги, просмотрел счета. Наверное, ушел в два тридцать – два сорок пять.
– И куда вы пошли? – спросила Трейси.
– Почему вы меня об этом спрашиваете?
Но Кроссуайт не отвечала. И Кинс тоже. Молчание иногда действует сильнее слов.
– Я вернулся домой и лег спать.
– Кто-нибудь может это подтвердить?
– Моя жена.
Трейси бросила на Кинса взгляд, означавший «продолжай без меня», а сама отошла к шкафам-витринам.
– Камеры в клубе постоянно действуют? – спросил Кинс.
Нэш следил глазами за Трейси.
– Думаю, работают в круглосуточном режиме, – сказал он.
– Нам понадобятся съемки вчерашнего вечера. Позвоните в клуб, скажите, пусть не стирают. Вы говорили, что камеры следят за парковкой. А танцовщицы оставляют свои машины там же?
– В этом клубе – да, там же.
Трейси рассматривала фото в рамке. Оказывается, святилище было не только футбольное. Тут Нэш сидел верхом на лошади, судя по виду, на мустанге. На нем была сдвинутая на затылок широкополая ковбойская шляпа, джинсовая рубашка с воротником на пуговицах и синие джинсы с ковбойскими сапогами. В зубах он держал сухую травинку. Руки лежали на луке седла, с которой свисала веревка.
Трейси обернулась.
– Ездите верхом?
Нэш, который уже снова начал подкидывать футбольный мячик, поймал его и ответил:
– Да.
У моего отца было ранчо недалеко от Ларедо. Мы с братьями всю юность там вкалывали. А когда он умер, продали.
Это объясняло, откуда у Нэша взялись деньги на такой дорогой дом со святилищем в честь самого себя, плюс еще сеть стрип-клубов.
– Вы с братьями, случайно, в соревнованиях по набрасыванию лассо на животных не участвуете?
– Бывает.
– И как, получается?"
"– Да не хуже, чем у других.
– Трехжильная?
– В смысле?
– Веревку какую предпочитаете: трех– или пятижильную?
Нэш опять подбросил мяч.
– Без разницы. Никогда даже внимания не обращал.
– Мы пришлем сегодня кого-нибудь к вам в клуб, – сказал Кинс, – забрать пленки наружного наблюдения и список с фамилиями тех, кто работал вчера вечером.
– Я все же спрошу совета у адвоката, – сказал Нэш. – Это наносит урон моему бизнесу.
Будь у Трейси с собой шокер, она точно не удержалась бы и тряханула засранца. Они с Кинсом уже уходили.
