В это время Аня пыталась снова вырваться наружу, открыть входную дверь, но руки ее так дрожали, что она не могла попасть ключом в резную дырку.
– Куда ты торопишься, я же сказал, что провожу тебя, – послышалось сзади.
Жена билась в истерике, молотила кулаками по дверному дерматину. Черепки вазы порезали ей икру, кровь бордовой змеей стремилась в бежевые туфли.
– А ты молодчина, – спокойно продолжал Икар, – прекрасные узлы, кажется, называются «обратный булинь», очень полезный навык.
И удар по голове точный. Оглушить, но не убить – просто идеально. Пожалуй, я недооценивал тебя. Пойдешь ко мне в партнеры?
– Прекрати надо мной издеваться, – сквозь рыдания прохрипела Аня.
– Да брось, детка, – Баилов снова прижал супругу к себе, оглаживая сзади ее затылок. – Ты не передумала поздравлять подругу?
– Нет! – кричала жена. – Не передумала!
В доли секунды Икар ухватился за длинные волосы, прихваченные атласной лентой, и, держась за них как за канат, потащил супругу в ванную.
– Отпусти, – орала жена, – я тебя ненавижу!
– Тебе надо умыться ледяной водой, – шептал следак, открывая кран.
Внезапно он схватил с полки огромные ножницы, которыми Аня кроила одежду, и принялся резать ими прекрасные черные локоны. Собранные в конский хвост, они словно знали, что будут принесены в жертву. Жена задыхалась, хрипела, а на пол падали длинные пряди, крест-накрест покрывая квадратную керамическую плитку.
"
"С кухни доносился волчий вой связанной Альбины. В коридоре от сквозняка хлопала дверь, ровными ударами напоминая стук молотка, забивающего гвозди в крышку гроба.
Наконец Икар за остатки волос вздернул голову жены и подтащил ее к зеркалу над раковиной. В нем отразилось обезображенное, выжженное горем лицо с искусанными в кровь губами.
– Ну вот, – подытожил следак, – теперь ты спокойно можешь идти на день рождения. Я, пожалуй, не буду тебя провожать.
Что-то устал. Да и дома намусорено, нужно прибраться.
Он с силой бросил жену на пол и вышел из ванной. Аня прижалась виском к холодной плитке и мягким, еще хранившим тепло ее тела, волосам.
Пыталась вспомнить тот день, когда увидела Баилова впервые. Ей очень понравилось имя – Икар – увлеченный полетом к солнцу, которое его погубило. Правда, среди них двоих мифическим Икаром оказалась именно она.
