Любовь, не любовь, мне все равно, я просто дышать нормально без него не могу, мир потерял свои краски, оставляя мне какой-то вечный туман в голове, — выдаю все на одном дыхании, задыхаясь. Впервые выплескивая все свои чувства наружу. И я сейчас не ей признаюсь, я сама себе признаюсь, что просто не могу без Андрея, и нахожусь в таком отчаянии, что готова сорваться, бежать к нему и просто умолять быть со мной. Не важно, как и в каком статусе, пусть даже в качестве любовницы, только бы ещё хоть один раз ощутить его, заглянуть в его черные бездонные глаза и тонуть в них, теряя голову.
Глаза нещадно щиплет от подступающих слез, но я держусь, глотаю их, сжимая кулаки. Боже, я на самом деле такая жалкая и никому не нужная даже в качестве любовницы.
— Тогда иди к нему и сыграй на примитивных мужских желаниях. Надень все, что он любит. Ты тоже хозяйка в компании. Тебя пригласили на совет директоров. Он не ожидает, что ты придешь, застань его в врасплох. И он сдастся, не сможет держать себя в руках. А после… и поговорите.
— А если нет? Если не сдастся и даст понять, что я больше ему не нужна? Я же не выдержу его холода. Тогда я полностью упаду на самое дно своей ничтожности, — не сдерживаюсь, проклятые слезы льются сами собой, застилая мне глаза.
— Ну, во-первых, я думаю, что этого не будет, и это не ты падешь к его ногам, а он к твоим. А во-вторых, даже если это случится, ты не посмеешь показать свою слабость, а просто гордо уйдешь, и он, поверь мне, сам поймет. что потерял. Таких мужчин не нужно спрашивать, чего они хотят, и давать им время на размышление, таких мужчин надо брать, не спрашивая, врываясь в их жизнь и снося все преграды, которые они строят.
Иди. У тебя есть два часа до начала совета. Собирайся.
— Нет. Я не пойду. Я не смогу так….
* * *Он любил, когда я надевала платья, которые легко снять, поэтому на мне черное строгое платье до колен. Ничего лишнего, но оно облегает мою фигуру, словно вторая кожа. И самое главное, платье застегивается на молнию на спине, стоит ее расстегнуть, и платье само падет к моим ногам.
Он любил черное, прозрачное, кружевное белье, которое тоже сейчас на мне. А ещё к моему платью идеально подошли длинные жемчужные бусы, подаренные им в Праге. Жемчуг, который я тереблю в руках, невероятно волнуясь, перебираю бусинку за бусинкой не решаясь войти в стеклянные двери собственной компании. Но я так невыносимо хочу его увидеть, что мне уже все равно, как он на меня отреагирует, лишь бы просто посмотреть ему в глаза.
