– Хочешь кушать?
Животное скривилось. Затем, охая на все лады, направилось в сторону мойки, открутило кран и принялось с утробным рыканьем ловить ртом струю воды.
– Наелся «Марымы в томате», а теперь страдаешь жаждой? – дрожащим голосом произнесла я, прикидывая в уме, каким образом проще удрать из квартиры.
Зверюга перестала хлебать и уставилась на меня. Ее губы мучительно искривились, из горла вылетело клокотание.
– Кто тебе разрешил выходить? – раздался из коридора пронзительный голос. – Геть на место! Ишь обнахалился!
Шимпанзе затрясся крупной дрожью и споро юркнул под стол.
Я, поддавшись стадному чувству, кинулась следом.
– Вылазь, гад! – заорали уже в кухне. – Ну, ща огребешь! Надо же, веревку перегрыз! Как только умудрился, я толстый канат купила…
Тут только я заметила, что от одной из передних лап обезьяны тянется обрывок толстого витого шнура. Огромная жалость охватила меня. Бедное, несчастное создание… Похоже, его никогда не мыли, от него отвратительно воняет, не кормили досыта, не водили гулять, привязали к батарее, мучили дни напролет… Да таких хозяев следует в тюрьму сажать! В уголовном кодексе, слава богу, теперь есть статья, осуждающая жестокое обращение с братьями нашими меньшими.
Край клеенки, свисавшей до полу, задрался, животное, сжавшись в комок, ухитрилось спрятаться за мою спину, а я увидела красное от злости лицо пожилой женщины. Она не ожидала обнаружить под столом незваную гостью и застыла, напряженно дыша. Потом спросила:
– Этта кто?
– Даша Васильева, – вежливо представилась я.
– Пришла покормить малыша, да никак не найду пакет с кормом. А вы, вероятно, хозяйка, сдавшая Гале квартиру?
– Чаво? – растерянно отозвалась пенсионерка. – Этта кто?"
"– Даша Васильева, – изо всех сил улыбаясь, вновь представилась я, – близкая подруга Гали, которая здесь живет.
– Ты Галя? – не разобралась в ситуации бабуся. – Чего тут делаешь, а?
Я представилась заново.
– Извините, меня зовут Даша, я только что пришла, а Галя здесь поселилась.
Лицо пенсионерки налилось краской.
– И давно?
– Точно не скажу, – пропела я, – вероятно, пару дней, как перебралась.
– Она Галя, а ты Даша? – проявила удивительную сообразительность бабка. – И чего тут делаешь?
– Галя уехала в командировку, попросила дать корма ее любимцу, вручила мне ключи.
Старуха склонила голову набок.
– Ишь ты… любимец, говоришь? Светка-а-а!
От вопля у меня заложило уши, а несчастная обезьяна затряслась крупной дрожью.
