Разве молодежь копейки привлекут? Еще туда устраивались энтузиасты музейного дела или те, кому нужен свободный график, чтобы со службы уйти в полдень на обед, а вернуться через три часа, и никто тебе слова не скажет. Глаз у сотрудников замыливается, идут по залам, бросают взгляд на витрины-шкафы и дальше шагают. Если чего-то нет, не видят. Но с диадемой пришлось поступить иначе, она имела славу волшебной вещи, которая желания исполняет. Чтобы на нее посмотреть, народ издалека ехал. Вот и пришлось сделать копию. Харченко забрал оригинал, а в витрине дубликат появился.
– И как ты про раритет узнал? – удивился Лева.
Раздался смешок.
– Директриса тамошняя – женщина знойная, а мужика нет. Меня пригласил в Мукатин местный начальник на свадьбу дочери гостей веселить.
– В те годы так уже делали? – изумился сын.
Отец опять засмеялся.
– Так ничего нового на свете нет. В Москонцерте были администраторы, к ним следовало обратиться, на ушко шепнуть, что ты хочешь. Кого угодно присылали. Если вопрос возникал: а почему к председателю колхоза Задрюпинск из Москвы прилетела Гелена Великанова? Ты такую не знаешь, забыли про нее, а в коммунистические времена она была на пике славы, голос ангельский, сама красавица.
Ее обожали. Заявится к главному колхознику человек в костюме, начнет наезжать:
– С чего бы знаменитость к вам за тысячу верст примчалась?
Тот спокойно ответит:
– Мы со студенческих лет знакомы. По-вашему, товарищ, Великанова с колхозником дружить не должна? Гусь свинье не товарищ? В СССР все равны.
Или вы об этом забыли?"
"Обратятся к певице, она те же слова произнесет. И все довольны, администратор, артист, заказчик. В Мукатине после моего выступления в комнату, которую мне в качестве гримерки предоставили, женщина с букетом вошла. И давай мне в любви объясняться. Она оказалась директрисой местного музея, звала посмотреть экспозицию, про корону рассказала. Не первая красавица, но симпатичная пышечка, зачем упускать то, что само в руки падает? До самой моей смерти мы с Настей отношения поддерживали.
И она была уверена, что в экспозиции находится большая ценность. А что вышло? Константин диадему взял, копию положил. А потом выяснилось, что Харченко мне отдал фейк. Но и в музее копия лежала! А куда настоящая корона подевалась? Неизвестно. Или Константин спер, или Сигизмунд. Ну им хорошо отомстили, на зоне у них много времени было, чтобы понять: нельзя меня обманывать! Нельзя.
Глава сороковая
– Но ты же точно не знал, кто ее спер? – продолжал Лев.
