Новичок, который сбил меня с ног, преследовал на вечеринке и угрожал мне — и все это в течение сорока восьми часов. И мне — Лили Уильямс, изголодавшейся по прикосновениям хорошей девочке — только что приснился сексуальный сон о нем.
Выплеснув свои одурманенные мысли на чистый лист, я потянулась за водой и залпом выпила ее. Может быть, это вернет здравый смысл в мой лихорадочный разум. Что со мной было не так?
Он не играет по правилам, и ему было бы наплевать на угрозы твоего отца. Он взял бы то, что хотел, и даже не оставил бы тебе выбора.
Я задрожала, мысли витали в голове, как клубы дыма, слишком бесформенные, чтобы за них ухватиться. Тем не менее одно лишь воспоминание о сне вызвало в моем теле отклик. Это было официально. Я играла в опасную игру, накапливая бесконечный запас бушующих подростковых гормонов без всякого выхода. Однажды они могут просто вылиться через край, и я стану девушкой, которая сошла с ума от неудовлетворенной похоти.
Вернувшись в постель, я скользнула под одеяло. Пот, выступивший на коже из-за сексуальной фантазии, теперь был холодным, и я дрожала.
Мое тело подергивалось, медленно пробуждаясь ото сна. Я провела рукой по груди. Соски были твердыми и упирались в футболку. Стыд и смущение охватили меня, когда я позволила своей руке опуститься ниже, под резинку шорт. Там, внизу, я была вся горячая и мокрая, даже мои бедра были липкими. Я сунула руку под трусики, чтобы проверить. Ага. Все плохо. Собственные скудные исследования были единственными, которые когда-либо знало мое тело, но этого опыта было катастрофически мало.
Мне было приятно прикасаться к себе, и я знала о биологии человека достаточно, чтобы понять ее составляющие, но мне никогда не удавалось заставить себя кончить. Я читала об этом и подходила к делу самым научным образом, на какой только была способна, и все равно мне ни разу не удалось довести себя до оргазма."
"Должна была быть какая-то переменная, которую я не учитывала. Исходя из сегодняшнего сна и реакции моего тела на него, стало очевидным, что это была за переменная.
Мне не хватало другого человека. А именно, того, кто прижал бы меня к стене и взял то, что ему нужно. Одна только мысль об этом вызвала во мне свежую, скользкую волну желания. Я провела чистыми пальцами по своему клитору, поглаживая его по кругу. Это было приятно, лучше, чем обычно. Я позволила сну снова заполнить мой разум, представляя, как тяжелое тело Кейдена вдавливается в мое, а рука сжимает мою шею. У меня не было выбора.
