И я на самом деле была уверена, что рано или поздно он все правильно сообразит. Он и сообразил. Всего десять лет прошло.
На глаза Клавдии навернулись слезы, и Танька как-то подозрительно всхлипнула в трубке.
– То есть бандиты и истории с сумками и слежками для вас нынче не актуальны, правильно я понимаю?
– Не совсем, – призналась Клавдия. – Слушай, давай я тебе вечером позвоню. Или ты нам… А то мне говорить неудобно.
– “Нам” – это звучит гордо, – провозгласила Танька. – Я вам позвоню. Я очень рада, что ты жива и здорова и что ты теперь спишь с моим братом.
Улыбаясь, Клавдия положила трубку.
– Ты чего не ушла, Клава? – спросила проходящая через зал Варвара Алексеевна. – Твоя смена давно закончилась…
– Я этикетки пишу, – сказала Клавдия, краснея оттого, что она как будто занимается сверхурочной работой, а на самом деле ждет Ларионова.
– Клавочка, тебе просто цены нет! – сказала заведующая с чувством. – Я тебе премию выпишу!
Все слышали, что заведующая опять похвалила Ковалеву и что она даже собирается выписать ей премию, и раздражение сотрудниц было таким острым, что Клавдия почувствовала его, как уколы электрофореза.
Я не виновата. Она ожесточенно печатала и думала о своем. Я не виновата. Андрей велел мне ждать, но не могу же я просто сидеть и три часа пить кофе. Это как-то глупо.
Вспомнив, что она собиралась выглянуть на улицу, когда ее позвали к телефону, Клавдия решительно погасила свет и прижалась носом к холодному стеклу.
Знакомая машина была на месте, и шофер мирно дремал в ней.
Нет, не права Танька. Все-таки слежка ее пугала. Даже несмотря на Ларионова.
* * *Андрей вспомнил, что ему еще нужно заехать за Клавдией, только часов в семь. Вспомнив, он вдруг вскочил и начал собираться.
– Ты что? – спросил Полевой.
– Да я забыл совсем, что я сегодня свою аптекаршу забираю, – сказал Андрей, натягивая куртку. – Игорь, дождись ребят и позвони мне вечером, ладно? Только обязательно.
– Ну, конечно, – сказал Полевой, с интересом изучая Андрея, – позвоню.
Только не нравится мне все это. Особенно последнее.
– Можно подумать, что мне нравится, – буркнул Андрей. – Выходи давай, мне еще дверь закрывать…
– А куда ты ее денешь? – спросил Игорь, пока Андрей привычно прилаживал на дверь пластилиновую печать.
– К себе отвезу, – сказал Андрей. – У меня с ней… роман.
– Остановись, пока не поздно, Ларионов, – сказал Игорь весело. – Какой еще роман?
– Самый обычный, – буркнул Андрей. – И вообще я не понимаю твоего веселья.
