Это будет твоим наказанием.
— Что? — широко распахиваю глаза я. — Какой массаж?
— Массаж ног, — невозмутимо отвечает он, не сводя с меня своего взгляда. — И всего тела. Приступай.
Я открываю и закрываю рот. Руки трясутся. Он серьезно? Массаж?
Но я никогда не делала массаж мужчине! Неужели действительно придется касаться Вадима? И что значит… всего тела? Почему мне кажется, что это прозвучало слишком уж… откровенно?!
— Но я… — убираю прядку, выпавшую из пучка, за ухо. — Я не…
Муж качает головой и усмехается.
И снова этот его взгляд, который так и говорит: «ты глупая, чудная малолетка».
— Успокойся, девочка, — говорит он. — Шучу я. Ты серьезно собиралась мне массаж сделать?
Я тут же качаю головой. Отрицательно и быстро.
— Но я был бы не против, — задумчиво цокает языком он. — Женские руки на мужском теле… — прервавшись, Вадим переводит взгляд на меня и вздыхает: — Ты опять покраснела. Ужас. О’кей, давай готовь. С тебя поздний ужин.
— Хорошо! — тут же отзываюсь я. И даже улыбаюсь на миг. — Ужин лучше массажа.
— С ума сойти, — доносится мне в спину, когда я снова поворачиваюсь к плите. — Ещё ни одна женщина не выбирала готовку вместо меня.
Я ничего ему не отвечаю. Лишь стараюсь не испортить ужин и взять себя в руки, потому что от внимательного взгляда Вадима не скрыться. У меня будто вся кожа горит, когда я чувствую, что он на меня смотрит.
Стоит ли говорить, что мне ужасно неловко? Как же мне справиться с этим? Я вообще не представлю, как жить с таким мужчиной в одном доме…
Глава 4
— Пахнет вкусно, — через некоторое время отмечает Вадим.
Я оборачиваюсь, кинув на него быстрый взгляд — сидит вальяжно, вытянув одну ногу вперед и листая что-то в телефоне.
— Ты точно хочешь попробовать? — удивляюсь я.
Он поднимает на меня свой проникновенный взгляд и к моим щекам тут же приливает краска.
— Нет, просто посмотрю и уйду, — сообщает муж.
Вот же… противный! Ходячий сарказм! Интересно, он только со мной такой или со всеми?
— Как ты вообще научилась готовить? — интересуется Вадим.
— Какие-то курсы? Блог?
— Нет, просто умею, — развожу руками я. — Папа предпочитает, когда ему готовим мы.
— Ты и твои сестры? — поднимает бровь муж.
— Да, — отвечаю я. — Он не терпит дома чужих людей. Поэтому все домашние дела были на нас с девочками.
— Дурка отдыхает, — качает головой Вадим. — А мать где?
Я пожимаю плечами, опустив взгляд.
— Не знаю. Она ушла, когда мы были маленькими.
— Понятно, — отзывается он. И продолжает листать ленту.
