- Банальная месть, Вика. Дочь нажаловалась Белову, что Матвей ее бросил. При чем сделал это крайне подло, по ее мнению.
- Ничего не понимаю, - опускаю голову.
- Момент был подобран удачный, - рассуждает Анатолий Константинович с ожесточением в голосе. – Все тогда были заняты похоронами, а вы слишком напуганы.
- Мы навестили Белова, - произносит Матвей тихо. – Не дрожи так, как я тебе и говорил, никакой записи не существует.
Прикрыв глаза, чувствую, как краснею и одновременно камень, который два года висел на сердце, разлетается вдребезги.
Слезы в знак освобождения опять катятся по щекам.
- Но я ведь сама видела, - возражаю.
- Камеры в танцевальной школе были установлены только в коридорах. Я не знаю, что ты там видела, но тебя одурачили, Вика, - продолжает Матвей сухо. – Предполагаю, что люди Белова могли разыскать видеозапись, на которой мы с тобой выходим из раздевалки в тот вечер. Но что мы там делали – никто в точности знать не может.
Анатолий Константинович тактично кашляет.
- Вы вчера столкнулись на пороге медицинского центра.
По всей видимости, твой счастливый вид Нику взбесил и она закатила отцу очередную истерику.
- Поэтому мне позвонили с новыми угрозами? – спрашиваю, округляя глаза. – Потому что просто кто-то закатил истерику?!
Матвей пожимает плечами. Отворачивается.
- Не переживайте Вика, - говорит отец. – Не последние люди в городе, найдем как наказать ваших обидчиков. Белов защищал дочь, но свою… - голос мужчины ломается, - семью я тоже оскорблять не позволю.
Мы еще посмотрим кто кого.
Рука, лежащая на моей талии, напрягается, становится грузной, а от Матвея исходит такая лютая агрессия, что приходится зажмурить глаза. Я тоже мечтаю, чтобы все получили по заслугам, но не ценой здоровья или свободы моего любимого мужчины."
"- В конце концов, это я оказалась дурой, - тихо признаюсь. – Если бы я не поддалась на их манипуляции…
- Не вините себя, Вика. Вы ни в чем не виноваты. С вами работал профессионал, опытный бывший военный психолог.
Это просто глупое стечение обстоятельств, которое вот так отразилось на ваших жизнях.Прикрываю глаза. Просто стечение обстоятельств и два самых ужасных года в наших жизнях. Слава богу, всё давно позади.
Вскоре Анатолий Константинович откланивается, а Матвей отправляется его провожать. Когда возвращается, не проронив ни слова, проходит к окну.
- Злишься на меня? – спрашиваю шепотом, крепко обнимая сзади за талию.
- Пздц как, - произносит Матвей.
