Я провела в палате стационара много дней — меня то выписывали, то ложили туда вновь, чтобы контролировать сложную беременность. А полноценно я вернулась домой только несколько недель назад. Туда, где меня ждала лишь пустота… И добровольное затворничество, ведь я по-прежнему не могла приехать к нему.
Вопрос стоял ребром.
СИЗО, где держали Амрана, находилось в другом городе, а мне категорически запретили любые поездки и переживания. Зоя боялась любого ветерка в мою сторону, так что тоже жестко контролировала мои передвижения.
Поэтому вся моя жизнь теперь умещалась в один маршрут — от дома до больницы.
Послышалось, как хлопнула входная дверь, и Дина тут же лихорадочно начала тыкать по экрану смартфона, торопясь закрыть все иконки. Я закатила глаза и покачала головой. Глупышка. Мать все равно все узнает. Кстати до того как она успела показаться на кухне, Дину сдуло ветром со стола и принесло к барной стойке, где она поспешила занять себя чем-то для вида.
— Иди, садись! — шикнула она на меня.
— Ага, иду… — послушно отозвалась я, уточкой двинувшись к столу и едва сдерживая смех.
Конечно, нелепо, но я была благодарна, что хотя бы Дина со мной не носится как с хрупкой вазой. Зоя не давала мне совершенно ничего делать. Ей прямо дышать было тяжело, если я находилась не в лежачем положении.
— М-м-м… Как вкусно пахнет! — одобрительно воскликнула тетя Амрана, оставляя сумку и пакет на стуле. — Что это вы там готовите?
— Пирог, — бессовестно отозвалась Дина.
Ее мама прошла к плите и заглянула в духовку.
— Сама готовила?
— Ага, — подтвердила Дина. — Ну, правда Аля помогла сделать тесто…
Тихо посмеявшись, я сделала стежок в картине, которую только начала вышивать.
— Молодцы. Ты как себя чувствуешь?
— Все хорошо, — автоматически ответила я, даже не подняв глаза. Ни к чему было убеждаться, что это Зоя мне.
— Завтра анализы, помнишь? Никакой соли сегодня.
— Помню, — подтвердила я смиренно, делая новый стежок и нахмурилась, ощутив толчок малыша.
Когда он тихо себя вел, я всегда начинала особенно остро отслеживать шевеления.
— Ну, не куксись, — вдруг пожурила меня тетя Амрана, наверное, решив, что я на ее напоминание хмурюсь. — Я сама не рада этой бесконечной диете. Всё эти врачи… Не дают нормально ребенку поесть.
— Я не куксюсь, — возразила я спокойно, продолжая свою вышивку.
