"
"— Тхо? — спросил пленник, коснувшись тонкими пальцами лба.
— Столп Порядка. — Коммодор приложил ладонь к груди. — Полностью разумный Столп Порядка, отныне и навсегда — владыка Новых Миров. Владыка над твоими владыками. Ты будешь делать то, что я прикажу.
Болтун снова заскрипел, но, кажется, справился с переводом. Ожидая ответа, Врба покосился на своих помощников. Все дисциплинированно молчали. Три члена научной группы не спускали с фаата глаз, десантники в боевых скафандрах казались стальными монументами, а третий помощник Райво Паулинен бдительно озирался, стараясь не выпускать из поля зрения стражу у люков, пленного и охранявших его бойцов.
На голокамерах горели зеленые огни — шла запись, и можно было не сомневаться, что Кирьянов и Борсетти, старший связист «Европы», не упустят ни шороха, ни вздоха.
Транслятор опять закаркал:
— Что пожелать Столп Порядка бино тегари? Что надо исполнить?
— Так-то лучше. Чувствую, мы достигли взаимопонимания, — сказал Врба. — Ты можешь связаться с Рооном?
— Так есть, Столп Порядка.
Далеко, очень далеко. Но квазиразумный, который здесь, помочь.
— Свяжись. Сейчас же.
Глаза пленника потускнели. Теперь Врба не различал его зрачков; они словно погрузились на дно серебряных озер, делавших лицо фаата похожим на бесстрастные лики андроидов. Прошла минута, другая, и впавший в транс Держатель что-то прошептал.
— Громче, — велел коммодор. — Говори громко и отчетливо, иначе машина для перевода тебя не поймет.
— Нет контакт Держатель Дайт, — послышалось в ответ.
— Разум нет контакт… потерян… рррдд… взз… отсутствие… взз… рррдд… — Рычание и взвизги прекратились, и Болтун Бен произнес: — Отсутствие термина. Отсутствие термина, отсутствие термина, отсутствие термина…
— Информация принята. Выйти из цикла, — велел коммодор. — Перевести: Держатель Дайт не нужен. Нужен контакт со Столпами Порядка на Рооне и Т'харе. С первыми в Связке.
Транслятор пробормотал несколько коротких отрывистых фраз. Черты фаата застыли. Чудилось, что он покинул этот мир и блуждает теперь в тех пространствах, что недоступны ни кораблям, ни приборам, ни человеческой мысли.
Его гладкие щеки стали отливать голубизной, и на висках вздулись и запульсировали жилки. Сейчас он не был похож на разумное существо — скорее, на механизм, которому искусный мастер придал обличье человека.
— Он в сильном напряжении, дон коммодор, — произнес Ибаньес. — Полагаю, с Держателем было бы легче связаться, чем со Столпами Порядка.
