Невольно образ матери Ивара сам собой встает перед глазами. Она всегда относилась ко мне не слишком тепло и хоть не показывала вида, но, кажется, всегда сожалела, что Ивар решил взять в жены девушку не из аристократического рода. Воспитание не позволяло ей открыто заявлять о своем недовольстве, а любовь к сыну заставляла ее делать вид, что я лучшая пара для ее сына. Сколько раз я ловила на себе ее странный взгляд, в котором смешивалось одновременно тихое недовольство и покорность судьбе…
— Вот и замечательно, — говорит Клем,бурно выражая свой восторг, — вы не пожалеете!
— Конечно пожалею, Клементина, — беззаботно говорит ридли, — но будет уже поздно.
— Спасибо, — говорю я едва слышно, и барон кивает мне.
Солнце светит так ярко, что мне приходится щуриться, пока мы не заходим под тень рощи, ведущей восточному крылу древнего замка. Я смотрю под ноги, все еще боясь поднять взгляд и посмотреть туда. где высится эта громадина."
"— Смею предположить, что понимаю ваши чувства, леди Де Вьяр, вы ведь наверное, не бывали в наших местах, и уж наверняка не посещали замок одного из великих драконов.
А перспектива сочетаться браком с одним из них, наверняка вас до ужаса пугает.
— Не бывала, — говорю я кротко. сохраняя свою легенду, согласно которой, я прибыла сюда из глухой провинции, где самое роскошное место, что мне удалось посетить - почти лишенная финансирования гимназия для благородных девиц, на которую едва хватило сбережений моих покойных родителей.
— Хочу вас обрадовать — дракон, сердце которого вам предстоит, надеюсь, с помощью богов, завоевать, совсем не страшный.
Нет, то есть, он конечно огнедышащий, и валадеет полныйм оборотом, может нагнать ужаса и все такое, но как человек он вполне милый, хоть немного вспыльчив и упрям.
Откровенность и простота, с которой барон говорит с людьми, которых, по сути, видит впервые в жизни, заставляет меня в красках вспомнить, то время, когда я еще жила в замке, то время, когда все казалось безмятежным и счастливым. Внутри меня переменилось все, внешне я не похожа на себя.
Моя жизнь расколота надвое, а Ридли все такой же, как был.
— Я в этом и не сомневалась, — говорю я.
Но сердце мое сжимается от ужасных воспоминаний. Его взгляд полный разочарования, что я родила ему дочь, а не сына. Его жестокий приказ, обрить меня наголо и отправить в монастырь…
— Этому замку столько лет, что уже никто и не помнит, когда он был построен. Он является крупнейшим в этой части нашей страны.
