Уж он-то точно знает, как пичкать драконов», – подумала она.
Бессмертный питекантроп Тарарах – преподаватель ветеринарной магии – был ее любимым учителем. Пожалуй, только на нежитеведение к Медузии Горгоновой она ходила с таким же удовольствием. Да это и неудивительно, так как предметы во многом пересекались. Среди магических и полумагических существ встречалось немало опасной нежити, которую, перед тем как лечить, требовалось еще и укротить. Именно этим – укрощением нежити и изучением ее привычек – Медузия и занималась.
Неожиданно кто-то сильно толкнул дверь, и ввалилась Гробыня Склепова, соседка Тани по комнате. Гробыня была девочкой из черных магов, с очень специфическим чувством юмора. Ее кровать в форме гигантского гроба занимала почти все пространство у окна. А вешалкой ей служил скелет по прозвищу Паж. Пару раз в месяц он оживал и, щелкая зубами, начинал бродить по комнате. Однажды он даже сожрал Танины ботинки.
Одним словом, Гробыня Склепова была та еще особа. Худшей соседки по комнате не могло привидеться даже в кошмарном сне.
Впрочем, Таня не жаловалась. Дочка дяди Германа Пипа, с которой она росла до того, как попала в Тибидохс, была ничуть не лучше.
Покосившись на Таню, Гробыня, не разуваясь, плюхнулась на кровать.
– Привет, дурацкая сиротка! У меня для тебя прекрасная новость, – заявила она. – От этой новости ты облысеешь, а на носу у тебя появится новая родинка, еще безобразнее той, которой ты лишилась по милости Той-Кого-Нет!
Таня оценивающе посмотрела на Гробыню, прикидывая, не запустить ли в нее боевой искрой.
Ладно, пускай живет. Если Гробыня в чем-то и виновата, так только в том, что у нее дома был скользкий подоконник, а у детской кроватки, куда ее впервые положили, не оказалось дна.
– Ну и что за новость? – спросила она.
Гробыня сложила ладонь подзорной трубой и, нарочито затягивая паузу, с интересом стала разглядывать Таню в дырочку.
– Как, ты не знаешь? Ты в курсе, что тебя завтра отсюда выпирают? Только вообрази: возвращаешься к своему зелененькому дядечке-вурдалаку и его толстой жене, у которых ты жила на лоджии! Здравствуйте, вот и я, дайте мне дырку от бублика на обед и фантик от конфеты на сладкое!
– С какой это стати? Брось шутить, Склепова! – сказала Таня.
Параллельно она припоминала, не натворила ли чего-нибудь в последнее время. Да нет, вроде все было нормально.
Гробыня фыркнула:
– Какие уж тут шуточки! Нас всех отсюда выпирают. Жаль, не тебя одну. Отправляют по домам, пока Тибидохс не отстроят заново.
