Тут же выкидываю всё из головы и, прислушавшись к последним словам слизняка, начинаю медленно закипать. Всё, сукин ты сын, тебе не жить! Сжав кулаки, быстро выхожу на освещённое пространство."
"— Вроде бы несложно понять, когда тебе велят прекратить, — повторяю сказанное сквозь зубы, потому что Михаил смотрит на меня, выпучив глаза.
— Илья, а я ведь говорил вам, что чувства могут сыграть с вами злую шутку, — сокрушённо качает головой Михаил Александрович. — Ну вот что вам в офисе не сиделось?
Бешенство перехлёстывает через край.
Смешивается всё — напряжение последних дней, страх за Мари, злость на слизняка и этого самодовольного ублюдка, уверенного, что ничего с ним не случится — я резко разворачиваюсь и не прекращая движения, вложив в удар всю силу, вмазываю мужчине под подбородок. Тот с размаху падает на землю и не шевелится, но мне плевать. Не зря ходил на тренировки последние несколько лет — шею я ему этим ударом не сломал, так что очухается и выживет.
Слышу слабое аханье и, повернувшись, застываю на месте — слизняк, крепко ухватив Мари за локоть, держится за ней и показывает мне направленный ей в спину пистолет.
— Не подходи! — отступает на пару шагов, таща Мари за собой.
Я даже сделать ничего не успеваю, как сбоку на Михаила бросается шерстяной снаряд, семьдесят килограммов живого веса. Грэй хоть и помесь ньюфаундленда, но порода в нём сильна — я знаю, что напасть на человека и укусить он никогда не сможет, а вот сбить с ног — легко. Что, собственно, и происходит.
Но этого не знает Мари, которая, ахнув, бросается вперёд, вцепляется Грэю в ошейник.
И в этот момент звучит выстрел.
Глава 36
Илья
Я с похолодевшим сердцем жду звука, который бы свидетельствовал о том, что попали в Грэя, но пёс не проявляет никаких признаков беспокойства. Быстро подскакиваю и пинком выбиваю из руки лежащего на спине слизняка пистолет, кажется, одновременно ломая ему несколько пальцев, потому что от он издаёт как раз такой визг, который я боялся услышать от собаки.
Грэй брезгливо отряхивается и отходит в сторону, а я с отвращением гляжу на стонущего на земле Михаила.
— Ну ты и тварь! — хватаю с земли один из разлетевшихся листов контракта, аккуратно поднимаю с земли пистолет, держа его за кончик рукоятки и, размахнувшись, забрасываю в пруд. С отпечатками пальцев в воде ничего не сделается, а водоём тут мелкий, полиции не составит труда найти оружие. Не церемонясь, заламываю вскрикнувшему мужчине руки за спину и связываю собачьим поводком.
