От этого порой комок к горлу подкатывал, и я цеплялась за Охтарона, словно боялась, что его отнимут.
С каждым днём, что хелг молчал, я всё сильнее и сильнее налегала на зелье расщепления. Охтарон, кстати, отлично зачаровал мой котелок, поэтому я теперь могла не волноваться, что расплавлю своими экспериментами его вместе с печью.
Почему-то зелье восстановления вышло у меня намного легче. Может быть это от того, что я чаще тренировалась в лечебных зельях? Вполне может быть.
Время подходило, ничего не получалось, пока однажды, открыв глаза утром, я не поняла — сегодня! Я сделаю это сегодня.
Утром мы с Охтароном сняли повязки. Мы уже давно убедились, что выздоровление идёт полным ходом. Рука работала как надо. Эльф медленно сжал пальцы на своей правой руке и так же медленно разжал их.
— Работает, — улыбнулся он, вкидывая на меня взгляд.
— А то вы не знали, — фыркнула я, поднимаясь. Меня тут же обхватили двумя руками и притянули. — Сегодня.
— Что сегодня? — переспросил эльф, медленно целуя меня в шею.
— Сегодня я буду варить.
Вы не должны мне мешать. Это важно.
Охтарон замер. Аккуратно убрав руки, он кивнул.
— Я буду смотреть. Можно?
— Конечно, — улыбнулась. Наклонившись, мягко поцеловала его в губы.
Не дав поцелую углубиться, я отошла от мужа и улыбка на моём лице тут же погасла."
"Секунды складывались в минуты, те, в свою очередь в часы. Зелье бурлило в котелке, поглощая всё новые и новые компоненты. Я шептала заклинание, помешивая бурлящую субстанцию. Магия водоворотом вливалась в зелье, которое с каждым ингредиентом постоянно меняло свой цвет.
Я не ощущала мир вокруг, сконцентрировавшись. В этот раз магия отчего-то была пурпурного цвета. Та, что не попадала в зелье, взмывала в воздух, обволакивая меня.
За стенами лил дождь. Где-то далеко в Вильхельме Бьярде носился по лесу со своей стаей, гоняя быстроного оленя. Глубоко в горах тролли раскопали жилу с изумрудами и прикидывали, сколько люди с долины дадут им мяса за эти цветные стекляшки. В светлом лесу Великий Князь бушевал, так как ему так и не удавалось проникнуть за дверь.
Желаемое было так близко, но он так и не мог до него добраться. Он роптал на богов, сыпал карами на голову своего пропавшего сына, но более всего он сейчас ненавидел проклятый род Хольм. А во дворце короля Вилфреда трое друзей спорили о том, что нужно протянуть тракт вдоль Вильхельма. Гуннар был против, а Ивар всеми руками за, так как это казалось ему жутко интересным. Вилфред же раздумывал обо всех плюсах и минусах.
