Для бывшей жительницы трущоб, приватная беседа с графом империи — это нечто из мира грёз. Но старалась держаться.
— Для начала я хотел познакомиться и узнать, чего вы хотите. А в случае благоприятного развития беседы, предложить вам свою поддержку.
Я как резал лежащий на тарелке блин, так и продолжил его резать. Вот Кристина едва не поперхнулась глотком сока. В целом, я её понимал — предложение звучало, мягко говоря, неожиданно.
— Поддержку в чём?
Задав вопрос, снова увидел, как в глазах смертного замелькали цифры расчётов и решил немного ускорить процесс.
— Послушайте, мы можем ещё несколько часов сидеть и беседовать, поедая блины и упражняясь в изящном слоге. Но уверен, у нас обоих найдутся куда более важные дела. Поэтому я буду весьма признателен, если мы сразу перейдём к вопросам практического свойства.
По лицу Муравьёва-Амурского скользнула улыбка.
— Практического свойства, говорите… Давайте попробуем.
Вернув на место кусок блина, который держал в руках, упёрся в меня взглядом.
— Вы подёргали за нос представителей сразу двух мощных групп влияния, у которых хватает власти и ресурсов, чтобы переломить хребет любому крупному роду. Но пока ещё живы. При этом не раз продемонстрировали выдающиеся боевые качества. Мне продолжать или вы уже догадались?
Общие очертания того, что я сейчас услышу, в голове появились. Тем не менее, я махнул ему рукой.
— Продолжайте. Всегда лучше услышать предложение полностью.
На этот раз улыбаться он не стал.
Вместо этого откинулся в кресле, сверля меня глазами.
— Есть люди, которых не слишком устраивает текущее положение дел в империи. Хранители с одной стороны, Чернокровые с другой, а все прочие зажаты между молотом и наковальней. И первые, и вторые утверждают, что именно они спасут мир, когда придёт нужда это сделать. Но пока они лишь ставят себя выше всяких законов.
Секунду помолчал, сделав вид, как будто колеблется и добавил.
— А ещё порой они приносят в жертвы людей.
Интересно, он и правда не в курсе существования у смертных души или просто хотел оценить мою реакцию? Да и вся его речь, больше походит на напускной пафос.
Хотя, говорил вроде вполне искренне.
Плюс, сказал он достаточно много, но пока так и не озвучил конкретики.
— Чего эти самые люди хотят от меня?
Вот теперь на его лице снова заиграла усмешка.
— Честно говоря, я считал, что это вы озвучите какие-то свои пожелания.
Секунду я переваривал его слова.
