— И вы чувствовали то же самое.
— Да.
Часть меня начала верить в свою собственную историю, и это заставило мое сердце заболеть.
— Так вы бы сказали, что именно тогда ваши отношения стали романтичными?
Я кивнула.
— Куда вы отправились на свое первое свидание?
— Мы вместе обедали в офисе совсем немного, — сказала я. — Но…официально? «Гостиница в Гренарнии», — сказала я. — Это было очень мило.
— Вы помните дату?
— Я думаю, это было… примерно в конце июля?
— Вы были обеспокоены тем, что ваши коллеги узнали о ваших отношениях?
— Да была, на некоторое время.
Вот почему мы держали это в тайне. Но в конце концов мы решили, что лучше быть открытыми, и что я уйду с работы, как только это будет возможно, чтобы избежать конфликта интересов.
— Как скоро в отношениях он сообщил вам о своих иммиграционных трудностях?
— Прежде, чем он сделал предложение, — сказала я. — Он хотел убедиться, что я знаю, что дело не в этом.
— И когда это случилось?
Я посмотрела вниз. — После нескольких недель настоящих свиданий, — сказала я.
— Он сказал мне, что он знал, что это безумие…но самая сумасшедшая часть была в том, что я чувствовала точно так же. Я была готова совершить прыжок веры.
— Что заставило Вас принять решение о короткой помолвке?
— Ну, никто из нас не особенно романтичен. Я не хотела большой суеты, и он тоже. Так что мы решили, что нет причин позволять вещам тянуться вечно.
— Как ваши родители относились к отношениям?
Я колебалась на мгновение. — Мои родители и я, мы не… близки. Я пригласила их на свадьбу, но они не хотели путешествовать.
Родители Дэниэля скончались.
— Ну, вот и мой последний вопрос. — Интервьюер посмотрел вверх, немного улыбаясь. Наконец-то показал свою человеческую сторону.
Я просто продолжала дышать.
После этого появилось больше вопросов. О свадьбе, о количестве присутствующих, о том, кто позаботился о финансах и какие телешоу мы смотрели вместе каждую неделю. Он попросил показать ключи, исследовав мои ключи от квартиры Дэниэля. Мне интересно, пытался ли он сопоставить их по памяти.
Он хотел знать, встречалась ли я с кем-нибудь из членов семьи Дэниэля, поэтому я рассказала ему о Линдси и Рэе. Я ответила на длинный ряд мирских вопросов о нашей домашней жизни — количестве спален и ванных комнат, когда происходит вывоз мусора, и цвет ковра.
Наконец, он освободил меня. Я медленно вышла в зал ожидания. Дэниэль вскочил со стула, когда увидел меня.
Я поспешила к нему, он подошел ко мне и быстро поцеловал.
— Мы выжили, — сказала я.
