Женщина Джина Лоллобриджида встала перед невидимым зеркалом, каждый шаг подобранно по штрихам своей жизни — от сценической известности к драматическим изменениям. В каждой книжке она искренне переживала, а здесь — все происходило в реальности, лишая ее возможности уклониться. Аромат старой кожи и запах табачной духи делали этот прямолинейный мир домом Джины, готовой предложить любую роль на сцене даже за пределами ее способностей....
Похоже, «Запасная жена» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И вообще, береженого Бог бережет, слыхала? Страховка везде, как воздух, нужна.
— Господи, какая страховка?
Я вытерла выступивший на лбу пот и посмотрела на часы.
— Уже одиннадцать. Он будет здесь через час.
— Может, все-таки не поедешь? Зачем рисковать, жизнь-то ведь как-никак одна?
— Я уже все для себя решила.
— Очень жаль…
— Что жаль?
— Что ты все для себя решила."
"Как только воцарилось молчание, я села на корточки и с трудом закрыла доверху набитый разным шмотьем чемодан. Положив на него сверху огромную кружевную панаму, я быстро переоделась и навела последние штрихи своего неброского макияжа.
— Маш…
— Что?
— Ты телефон мобильный не выключай.
— У меня сейчас вообще мобильного нет. Я карточку выкинула. Сейчас в аэропорту новую куплю.
— А как же роуминг?
— Попытаюсь подключить.
— А если не подключишь?
— Тогда позвоню с телефона Анатолия.
— С чьего телефона?
— Анатолия.
— А это кто такой?
— Ты что, забыла? Этот тот мужчина, с которым я еду на Красное море.
— Понятно. Значит, ты мне не позвонишь.
— Позвоню. Я возьму у него телефон и обязательно тебе позвоню. Я тебе обещаю.
— А ты хоть номер его знаешь?
— Сейчас спрошу.
— Понятно.
— Да что тебе понятно-то?!
— Все понятно.
— Ни черта тебе не понятно! — окончательно взорвалась я. — Можно подумать, что если бы тебе приличный на вид мужик предложил совершенно бесплатно пожить целый месяц в шикарной вилле на Красном море, то ты бы отказалась?! Отказалась бы?!
— Конечно, отказалась бы.
— Не ври! Просто тебе никто не предлагает, поэтому ты и артачишься!
— Я не артачусь, а рассуждаю трезво! А у тебя сейчас в голове непонятно что творится. Уж лучше бы ты с Вадимом поехала, я бы хоть за тебя спокойна была. Он хоть какой-никакой хреновый, а свой… У меня бы тогда душа не болела.
От этих слов у меня закружилась голова, и я поняла, что побледнела, и притом очень сильно.
— А Вадим мне не свой и никогда им не был. Он для его жены свой. Это я первые несколько лет думала, что он мой, а потом, когда он постоянно, ежедневно врал, врал и врал, я поняла, что он чужой. Он просто чужой муж. А я ему нужна была только для секса. Я ж его брак с женой не разрушала, наоборот, только укрепляла. Ты ж сама говоришь, что мне впору орден за героизм вешать.
