Не хочу, чтобы она чувствовала себя неловко рядом со мной. Я построил наш брак на сексе, и теперь не хочу, чтобы она думала, что это все, что мне от нее нужно.
Она переворачивается на бок, лицом ко мне, и я протягиваю руку, нежно проводя костяшками пальцев по ее красивому лицу. Ненавижу это. Когда я закрываю глаза, я слышу, как она выкрикивает мое имя. Вижу, как она лежит там, борясь за свою жизнь. Потом я вижу, как он бьет, вырубает и насилует ее, пока его слюна покрывает ее лицо.
Я сделал это с ней. Позволил Люку забрать у нее то, что я не смогу вернуть, сколько бы я ни заставлял его страдать.
— Я решила, - говорит она, ее голос груб, поскольку это первое, что она сказала за последние два дня.
— Решила? - мягко спрашиваю я.
— Я не хочу смотреть видео.
Так вот почему она была такой тихой? Потому что последние сорок восемь часов она провела в раздумьях, смотреть ли ей, как муж ее сестры насилует ее и плюет ей в лицо? Мне не хотелось говорить ей об этом, но я не собирался позволять ей увидеть это.
— Если это то, чего ты хочешь. - Отодвигаю ее темные волосы за ухо, чтобы лучше видеть ее великолепное лицо. «Я просто хочу, чтобы хоть раз в жизни я могла сделать что-то для себя». Это то, что она однажды сказала мне. Я позволю ей думать, что это решение принадлежит ей. Но, правда, в том, что видео давно исчезло, а телефон уничтожен. Никто никогда не увидит, что с ней произошло. Гэвин сказал мне, что Брамсен нашел его еще в больнице. У Уитни было два разных телефона. Один, который она использовала для связи с Люком, и другой.
На нем не было ни сообщений, ни звонков, ни электронных писем. Только фотографии и видео жертв за последние несколько лет. От того, что было в ее телефоне, меня тошнило, я видел всякое дерьмо. В своей жизни я сделал несколько непростительных вещей, но осознание того, что она помогала, приводит меня в ярость.
— Это ужасно с моей стороны? - шепчет Лейк. — Я... трусиха?
Опираясь на локоть, хмурюсь, когда она переворачивается на спину, закрывая лицо дрожащими руками.
— Почему ты спрашиваешь об этом? - Я отвожу их в сторону, чтобы посмотреть на нее.
Она облизывает дрожащие губы и смотрит в панорамные окна, не в силах встретить мой взгляд. На улице темно, так что в них ни черта не видно. Первая слеза стекает по ее щеке, когда она говорит.
— Потому что я этого не помню. Другие жертвы...
— Лейк. - Я закрываю ей рот, прерывая ее, и свежие слезы падают с ее ресниц, когда она моргает. — Нет.
— С тех пор у нас был секс.
