- Люк и Миллер знали каждый ракурс камеры, как их снимать, чего избегать.
Оттолкнув комод, я зажигаю зажигалку и держу ее над его кожей, улыбаясь, пока он мечется на кровати.
— Я считаю себя разумным человеком. Терпеливым. Я ждал три года, чтобы жениться на Лейк. - Я не могу понять, почему он заставил ее ждать до двадцати одного года, чтобы выйти замуж за Люка, но это не имеет значения. Уже не важно.
— Ты в такой же жопе, как и они, когда смотришь, как я трахаю твою дочь. - Я закрываю зажигалку, и он оседает на матрас.
Достаю нож, и его тело напрягается. — Ты будешь истекать кровью на этой самой кровати для меня, как это делала Лейк. - Я вонзаю нож ему в бедро и вытаскиваю, улыбаясь, когда кровь начинает вытекать из раны. Его невнятный крик заставляет мою улыбку расшириться, а его тело содрогается.
— Мне понадобилось время, чтобы понять, почему так важно, чтобы она оставалась девственницей до брака. - Я снова вонзаю нож в верхнюю часть его руки, и он всхлипывает. — Девственницы много стоят, когда их продают.
- Провожу кончиком окровавленного ножа по его груди, и он пытается задержать дыхание, чтобы не пошевелиться и не порезаться. — Люк собирался накачать ее наркотиками и продать тому, кто больше заплатит. Но потом я прервал его свадьбу, и он знал, что я трахну ее в нашу брачную ночь. Уитни сообщила моей жене, что это была ее идея - обрюхатить ее. Я не поверил, когда Лейк сказала мне об этом. - Закатываю глаза. — Почему Люк и Миллер согласились с тем, чего она хотела? - Хмурюсь. — Но потом я провел исследование и узнал, что беременные женщины стоят столько же, если не больше.
- Ввожу кончик в его живот, и он втягивает его изо всех сил. — Размножающиеся женщины - большая часть индустрии. - Я киваю про себя. — Я понял. Здесь нет стыда за перегибы. - Поднимаю руки, качая головой, и он делает глубокий вдох через нос. — Я люблю трахать свою беременную жену. Но... - Снова режу кончиком его кожу, прямо рядом с его вялым членом. — Давай просто скажем, что я дал тебе преимущество, и ты не знал о том, что планировали Люк и твой сын.
- Вынимаю нож и кладу его ему под шею. Его сузившиеся глаза встречаются с моими. — И давай скажем, что меня даже не волнует, что ты пытался посадить меня за убийство, потому что я отошел от этого. Без тебя я бы никогда не обрел ту жизнь, которая у меня есть сейчас. Которую я люблю. Все это можно простить. А вот то, что ты все еще приходишь в мой клуб и угрожаешь моей жене - нет. Это непростительно. - Вонзаю нож ему в живот.
