– Мам?
– Да открываю, – переступаю через свои сапоги и наконец открываю. Как я и думал, на пороге Марат. – Что ты здесь делаешь? И как ты нашел…
– Это не сложно, если знать фамилию и новое отчество, – понятно к чему он клонит.
– Папа был не против, это просто документы.
– Привет! – вылезает Карим.
– Почему ты еще не одет!
– Давай я помогу? – он бросает на меня взгляд, а я читаю про себя мантру, которую вчера себе наговаривала. Кариму нужен отец. Кариму нужен отец. А мне Марат не нужен. – Вот смотри…
Марат показывает Кариму, как завязывать шнурки, а я в нетерпении натягиваю кроссы, все время поглядывая на часы.
– Карим, время…
– Мам! У меня получилось! Смотри! Ну вооот…
Карим уже хмурится, дует губы.
– Это только первая попытка. Порой их надо сделать очень много, прежде чем чему – то научиться.
Хорошо сказал и только ли это о шнурках. И зачем на меня так смотреть?
– Ну вы все? Пофилософствовали? Можем идти?
Жду, когда Карим наденет куртку, нахлобучиваю ему шапку – шлем. Он дает папе руку. Ну капец.
Новая игрушка? А меня обида берет, как быстро я стала не нужна.
Закрываю дверь квартиры и мы идем к лифту. Они о чем – то болтают, а я пытаюсь собраться и не начать возмущаться и истерить. Внутри все клокочет. От его близости, от случайных прикосновений, когда я затормозила, а он подтолкнул меня к лифту, от его комментария, что с ребенком я высоковато забралась. Пятнадцатый этаж. Хотя уж он должен понимать, почему именно пятнадцатый.
А на улице вдруг повалил снег, а я как назло не загнала машину в паркинг.
– Я отвезу. Далеко?
– Да тут пешком дойти можно, – иду наперекор.
– Мам, ну можно нас папа отвезет. А у тебя какая машина? У мамы красная. А люблю черный цвет. У Лешиного папы черная машина. А у тебя какая?
– У меня черная, – он кивает в сторону Ниссана, явно взятого на прокат. – Ты говорила, что опаздываете? Кстати, а вам обязательно в садик? Может, позавтракаем вместе?
– Мам, точно! Давай не пойдем?
Ну конечно, когда я вчера предложила, он сразу вспомнил утренник.
– А утренник? У тебя вообще-то стих. Да и завтра суббота.
– Мне завтра ехать надо, Вик.
– Какая жалость.
– Тогда поужинаем?
– Да, да! Мам, можно нагетсы? Мы давно не ели.
– Ты вчера ел нагетсы.
– А точно. Мам, поехали, опоздаем.
– Ладно, давай живее.
Сама открываю дверь нужной машины. Карим прыгает сзади, а я за ним. Пристегиваю его. Себя.
Марат садится на переднее и бросая на меня не читаемый взгляд, заводит машину.
Мне даже не надо говорить, куда ехать.
