Ты и так великолепно выглядишь, Бьянка. Давай, я тогда запру шкатулку в бардачке машины Тео? Не думаю, что оставлять ее здесь без присмотра — хорошая идея. Кто угодно может зайти и взять, а в ней сотни тысяч долларов.
Бьянка вернула ей шкатулку и с облегчением выдохнула, когда Вивиана ушла. До церемонии оставалось очень мало времени, и, ей нужно было настроиться на нее без фальшивой радости, которую она разыгрывала перед Виви.
Тетя Стелла встала за ее спиной, положив руки ей на плечи, и встретила ее взгляд в зеркале.
— Ты не передумала? — серьезно спросила она.
Бьянка погладила свой все еще незаметный живот и решительно кивнула.
— Все будет хорошо, тетя.
Она очень на это надеялась. Как и на то, что ее не стошнит прямо во время речи священника.
* * *Когда Джино вел ее к алтарю, где ждал Дон, серьезный и угрюмый, смотревший на нее тяжелым взглядом, Бьянка, вдруг, осознала, что теперь вся ее жизнь будет подчинена этому человеку, и ей каждый день придется находиться под этим испытующим взглядом темных, как его душа, глаз.
Она не хотела этого. Не хотела такой жизни. Девушку охватила такая паника, что она замерла на середине прохода и, только больно дернувший ее за руку, брат смог привести ее в чувства.
— Бьянка, не будь идиоткой, — прошипел он ей."
"Бьянка заставила себя продолжить путь к жениху, который, в отличие от Джино, удивительно деликатно взял ее под руку, помогая подняться на ступеньку. Хотя вуаль и закрывала ее лицо, она прекрасно видела выражение его лица сквозь тонкую ткань, и, оно не предвещало ничего хорошего после того, как она чуть не опозорила его.
Все время, пока шла церемония, девушка стояла, опустив глаза и смотря куда угодно, лишь бы не видеть строгое лицо Дона, которое все еще наводило на нее страх. Да, он мог быть снисходительным, но она никогда не обманывалась на этот счет, считая мягкость, которую он проявлял время от времени, лишь маской, прикрывающей его истинную сущность.
Бьянка не могла забыть выражение лица беспощадного зверя, который надругался над ней в ту ночь. В ее голове он просто не мог быть кем-то иным.
Когда священник задал главный вопрос, ей хватило силы воли твердо ответить согласием, что Дон, судя по довольно дернувшемуся уголку рта, счел удовлетворительным. После того, как их объявили мужем и женой, он откинул с ее лица вуаль и наклонился для традиционного поцелуя.
