Мое сердце разбивается на тысячи осколков. Смотрю на Бестужева умоляющим взглядом. Я ведь такого не говорила! Да и вообще я никогда не жаловалась на жизнь! А уж на Эмиля тем более!
— Пап, что за ересь?! — повышаю я голос и резко встаю с места. — Прекрати немедленно. Мы с тобой как договорились?
— Мы договорились, что я не передам ему твои слова. Но прости, доча, я не могу это скрыть. Ты единственная, кто у меня есть, и, соответственно, мой единственный наследник. И ты не обязана с ним жить. Ты попросила от меня помощи, и я, конечно же, помогу.
Но только тебе. А он пусть сам себе нормальную работу ищет с высокой зарплатой. Я не для него дочь растил и образование высшее ей давал.
Мне становится стыдно от речи отца. И почему-то я впервые испытываю к нему ненависть.
Эмиль встает и, усмехнувшись, смотрит на моего папу убийственным взглядом, а потом переводит глаза на меня. Затем потом широкими шагами направляется к двери.
— Эмиль, подожди, пожалуйста. Эмиль! — я бегу следом.
— Ах, — слышу, как стонет отец и хватается за сердце.
Черт! Черррт!!!
Господи, что мне делать? Как поступить? Как мне разделиться на две части? И за Эмилем пойти хочу, оправдаться. И отца бросить не могу! А ведь у него серьезные проблемы со здоровьем.
— Папа! Что с тобой?! — не могу оставить его в таком состоянии.
— С-скорую... — выдает он. — Вы-вызови…
Глава 21
Пока медики обследуют отца, я не нахожу себе места. Как на иголках сижу на диване и раз за разом набираю номер Эмиля.
Поступок папы — последняя капля. Я больше никогда не появлюсь здесь — в этот раз уж точно. Без сомнений. Но и в таком состоянии я его оставить не могла.
Поднимаюсь на верхний этаж, в комнату отца, и замираю, услышав тихий шепот. Это точно мой родитель, но разобрать я не могу.
— ...Дочке ни слова... — доносится до меня.
— …Я не могу, не имею права врать. Простите, — говорит мужчина виновато.
— ... Только попробуй сказать правду. Пусть она знает меня сильно больным, Константинов.
Иначе ты знаешь... — дальше опять не слышу, но для меня достаточно, чтобы понять, что папа устроил тут настоящий спектакль. Умник какой!
Прижимаюсь к стене спиной и сама хватаюсь за сердце. Сейчас мне действительно плохо. Я не пошла за Эмилем, испугавшись, что с папой что-то случится. Но... Какая же я дура!"
"— Выйдите, — командую, шагая в комнату, и ненавидящим взглядом смотрю на отца. Внутри меня закипает ярость.
