На пароходе, спустившемся из Ростова, нашли корзину из белого тростника. Оттуда сочилась кровь и доносился смрадный запах. В присутствии судебного следователя корзину вскрыли и обнаружили внутри труп неизвестного лет двадцати пяти, избитого и задушенного. Тот был в белье и белой сорочке, руки чистые, с ухоженными ногтями. Документов у убитого при себе, разумеется, не было. Но имелась особая примета: три родинки на левой щеке, размером с конопляное зерно.
Англиченков на паровой шхуне «Ваня» отправился в Таганрог и привез оттуда труп.
Его поместили в анатомический покой городской больницы, сфотографировали, дактилоскопировали и попытались выяснить личность. В полицейской картотеке неизвестный не значился. Сыщики обходили злачные места, показывали карточку — бесполезно. Наконец загадочным покойником заинтересовался Лыков. Он внимательно осмотрел тело и заявил Блажкову:
— Запросите данные на всех недавно демобилизованных солдат четвертых рот саперных батальонов.
— А это что за роты? — удивился Яков Николаевич.
— Военно-телеграфные.
— И при чем тут наш мертвяк?
— У него подушечки на пальцах, какие бывают у машинистов пишущих машин. А еще у телеграфистов.
— Эх-ма! Я и не заметил.
Через несколько часов догадка Лыкова подтвердилась. В полицию пришла мещанка и подала явочное прошение о пропаже сына. Тот вернулся месяц назад с действительной службы. Был военным телеграфистом в Либаве и здесь собирался устроиться на почту. Но парня сбил с панталыку какой-то лихой человек.
Уводил его из дому, а возвращался вчерашний солдат поздно и пьяный. Откуда-то у него появились большие деньги, раз даже мать видела сотенную бумажку. Она пыталась отговорить сына от дурных знакомств, да не успела… По всем приметам, лихой человек был Лонись-Лонской.
Питерец сказал ростовцу:
— Помните, Яков Николаевич, те случаи? Когда с банковских счетов снимали деньги по поддельным телеграммам.
— Помню. Три раза было, на общую сумму почти пятьдесят тысяч. Думаете, это он стучал телеграммы?
— Скорее всего.
Сделал свое дело и стал не нужен. Жулики научились накидывать на провода вставку от переносных аппаратов, эта мода пошла с Польши. У вас первооткрыватель Лонись-Лонской. Думаю, он и убил парня. Сам или поручил кому. А приказ отдал Григорий Царев.
— Сволочи… — пробормотал сыщик. — Надо их прекратить, давно пора.
— И я думаю, что пора, — согласился Алексей Николаевич. — Сегодня у нас очередная встреча с Сергеем Маноловичем.
