– Барашек или семга? Рис или картошка?..
– Ты что тут бормочешь?
Она обернулась на мужской голос и увидела перед собой темноволосого молодого мужчину в черном костюме с полосатым галстуком. Джуан. Кажется, старший стюард на втором этаже.
– Чем питаются люди, сидящие в кабине пилотов?
Он усмехнулся, показывая на второй этаж:
– Тебе принести наше меню? У нас специальное для пилотов. Отдельное каждому.
Оливия задумалась и улыбнулась:
– Не стоит. А у вас есть сегодня персики?
– Нет, – удивился он.
– Тогда точно не надо.
– Фернандес не ест персики.
– Я знаю. – Оливия улыбнулась еще шире – в голове зрел жестокий план мести.
Ровно через полчаса, раздав пассажирам меню и приняв заказы, она налила две чашки кофе и понесла пилотам. Набрав код, Оливия зашла в кабину:
– Ваш кофе.
Марк ответил ей улыбкой, а капитан даже не обернулся – вел переговоры с диспетчером.
– Кофе больше не надо, – шепнул ей Марк, забирая у нее две чашки, – он пошутил.
– Ну что ж, – пожала плечами Оливия, – скоро обед.
Она уже собиралась идти обратно, когда самолет резко тряхнуло, и все вокруг начало дребезжать.
– Черт! – выругался Даниэль, нажимая кнопку со значком «пристегнуть ремни», и тут же знакомый звук прозвучал во всех салонах. – Сядь и пристегнись.
Оливия не поняла, кому предназначались эти слова, но, судя по тому, что Марк и так сидел пристегнутый, а кроме них троих больше никого не было, она решила, что ей. Самолет тряхнуло с новой силой, девушку все сильнее прижимало к двери.
– Снижаемся до трехсот шестидесяти, – скомандовал Даниэль Марку, – обойдем с левой стороны.
Девушка чувствовала, как самолет стал резко снижаться. Впервые она видела, как работают пилоты, пытаясь уйти из страшной зоны, не зная, где ее конец.
– Сядь и пристегнись, я же сказал тебе!
Он не смотрел на нее, но этот голос она ни с чьим другим не спутает. Возле двери Оливия увидела небольшое кресло. Села. Мысли вернулись к пассажирам. Зона турбулентности заставляет испытывать страх. Скорее всего, они находятся в панике, сидят с закрытыми глазами.
Наверняка решили, что самолет падает. Она и сама бы так думала. Надо идти к ним, это ее работа.
Самолет все еще трясло, и сквозь дребезжание панели до нее снова донесся этот чертов голос:
– Леди и джентльмены, мы пролетаем зону турбулентности, просьба вернуть кресла в вертикальное положение и пристегнуть ремни безопасности.
Надо было срочно бежать, но она продолжала сидеть, наблюдая за их действиями.
