Я присмотрелся к юноше. На вид ему было не больше двадцати лет, но его движения отличались необычайной чёткостью и скоростью. После каждого выстрела он перезаряжал оружие с такой быстротой, что руки превращались в размытое пятно.
— Он вдвое быстрее самых опытных наших охотников. Даже Федот и Гаврила с ним не сравнятся.
— Вот только такая скорость далась ему большой ценой, — ответил я, понизив голос. — Он был подопытным у Елецкого и его подручных. Поверь, он прошёл через огонь и воду…"
"Я наблюдал, как Дмитрий завершил упражнение и отошёл к бочке с водой.
Несмотря на прохладный день, его лицо оставалось сухим — ни капли пота. В его движениях чувствовалась странная механичность, словно тело действовало отдельно от сознания.
— Что с его рассудком? — тихо спросил я, чтобы никто из рядов не услышал.
— Вполне в своём уме, не то что большинство тех, кого вы там нашли, — ответил Борис. — Замкнутый, конечно, немногословный, но команды понимает и выполняет безупречно. Доктор Альбинони его проверял — говорит, что физически он как-то… улучшен, что ли.
Мышцы плотнее, сухожилия крепче, даже кости, похоже, прочнее обычных. Немного похоже на эффект того зелья, что мы сами пили не так давно.
Через полчаса к тренировочной площадке подошли Валькирии — женский отряд, созданный по моей инициативе. Дружинники освободили им место, и женщины выстроились в три ряда, готовясь к упражнениям.
Я с интересом наблюдал, как они выполняли приказы. Было заметно, что они уже не новички — каждая уверенно держала оружие, принимала правильную стойку, знала основные команды.
Но всё же многие из них допускали ошибки: кто-то слишком резко дёргал спусковой крючок, из-за чего сбивался прицел, кто-то неправильно распределял вес тела при отдаче, третьи забывали о правильном дыхании.
Лишь три женщины выделялись среди остальных. Первой была Марья из Овечкино — коренастой светловолосая девушка лет двадцати. Её выстрелы раз за разом поражали центр мишени, словно она родилась с винтовкой в руках. Второй была женщина средних лет по имени Раиса, также освобождённая из лечебницы Фонда.
Как и Дмитрий, она двигалась быстрее и точнее остальных, явно подвергавшаяся тем же «улучшениям». И третьей была Марина Соколова — дочь Евдокима, бывшего десятника Стрельцов. Её движения отличались экономичностью и выверенностью, которые бывают только у людей, годами тренировавшихся под руководством настоящего мастера.
— Неплохо стреляют, но выучки не хватает, — заметил я Борису, указывая на общий строй.
