И радостно целовала у двери.
Для меня эти отношения моего отчима, которого я всегда называла папой, и моей мамы были идеалом. Тем, чего я реально бы хотела.
Потому я спокойно ждала его дома. Готовила еду. Думала, чем порадовать.
А дождалась его бывшую. Марину. Да, ее Мариной звали. Красивая, стильная. Я, кажется, видела ее у него в клубе, то ли администратором она работала, то ли хостес.
И вот меня не ее приход тогда поразил, совсем нет. У Сереги много женщин было. Я даже и не считала никогда.
Зачем считать, расстраиваться?
Это в семнадцать-восемнадцать, еще в школе, я с ума по нему сходила, все пыталась как-то обратить на себя его внимание. Хотела, чтоб он во мне женщину увидел.
А потом, после нашего поцелуя первого, когда я, пьяная, вцепилась к него всеми конечностями, как обезьянка, повисла на нем… Когда поняла, что да. Он тоже во мне женщину видит. Не сестру.
Я, наивная, думала, что все по-другому будет у нас. Прямо сразу.
Что будет сразу свадьба, семья, дети. Я хотела этого тогда. Так хотела!
А он отморозился. Поговорил со мной обстоятельно, объяснил, что это все глупости, что временное помрачение…
Ох, как я тогда взбесилась!
И год творила разную хрень, главной целью которой было обратить на себя внимание взрослого дяди.
Глупо себя вела, по-детски.
Волосы, в пьяном угаре обрезанные, в короткую стрижку превратила, пирсинг, тату, веселые гулянки в клубах, заезды на байках… Всего попробовала.
На учебу времени не оставалось, и я отложила это дело до следующего года.
И все ждала, когда же мой братик выйдет из себя, надает мне по жопе и утащит в постель.
Бляха муха, мне его поцелуи снились! Мне его руки снились! Он обнимал меня, сжимал крепко-крепко! Я все представляла, что же будет, когда мы с ним в одной постели окажемся.
Я не сомневалась, что окажемся.
У меня не было другой цели на тот момент.
Я использовала все свое оружие, которое имела.
Протест, гулянки, ревность, вызывающий внешний вид, взгляд ласкового котенка, короткие топы невзначай, блестящие губы случайно.
Всегда понимала, что прямая провокация не сработает. Что надо аккуратно и в то же время напористо."
"Потому что каждая его баба, каждые ноги, которые он раздвигал за этот гребанный год… Это все заставляло меня потихоньку умирать. Оказывается, не просто красивая фраза. Я реально умирала.
