Чертов гестаповец выслеживает Юргена. Надо бы его предупредить.
— Почему молчишь? — Наташа уставилась на меня пытливым взглядом, будто учительница на школьника, не выучившего урок.
— Я пока не могу сказать, кто я… — я хитро прищурился. — И тебя тоже не спрашиваю. Ведь ты тоже не просто обычная партизанка. Так?
Девушка опустила глаза, собиралась, что-то сказать, но дверь землянки распахнулась и ввалились трое. Командир, Хайдаров и красноармеец Федорчук.
— Убежал, ссука! — выдохнул особист, заталкивая пистолет в кобуру.
— Вы не взяли предателя? — насторожился я.
— Неделю назад, — начал рассказывать Слободский. — К нам прибилось двое. Сержант и рядовой. Сказали, что вышли из окружения, якобы мотались по лесам почти неделю. Заплутали и на наш расчет напоролись. Документы у них в порядке. Сами, видно, что лиха хлебнули. Одежда изодрана, худющие и голодные. Лица закопчённые, будто только из боя. Ну не скажешь, что засланные.
— Мы даже их проверили, — кивнул особист будто в свое оправдание, это ведь он диверсантов прощелкал.
— Поставили в дозор ночью и наблюдали. Никто из них не отлучался. Честно отстояли на часах. Думали, если диверсанты, значит схрон у них должен быть с радиостанцией. Но нет… Казалось, обычные парни и морды уральские. Да русские они, и говорок московский.
— Русские, — кивнул я. — Сдались в плен, там их завербовали, подготовили и к вам пустили. Говорю же, они ваши фото передали немцам. Вот только где они их взяли?
— Так на доске объявлений фотографий не хватает, — вмешался Федорчук.
— Мы думали, ветром оторвало, а оно вон как получается.
— А как они передали фото в Псков? — спросил я. — Если никуда не отлучались.
— Шут его знает, — задумался командир.
— Да как же не отлучались. Один уходил на цельный день аж, — опять вмешался красноармеец.
— И ты молчал? — рявкнул на него особист, перекладывая с себя ответственность.
— Дык, а что? Он же на охоту пошел. Двух зайцев и куропатку притащил. Вы же сами, товарищ младший лейтенант из них похлебку вкушали.
— Хреново дело, — присвистнул я.
— И где они сейчас?
— Одного пристрелили, когда сбежать пытался, — ответил Слободский, — второй сумел смыться. Шустрый зараза. Сейчас его по лесам наши ищут.
— Нет времени, товарищ капитан, погони устраивать, — заявил я. — Нужно срочно срываться и менять дислокацию. Лишь только он доберется до немцев, уверен, они перенесут операцию по зачистке с сегодняшнего вечера на время пораньше.
— Согласен, — кивнул командир, поглядывая на наручные часы.
