Уф, а что сказать? Я, кажется, люблю этого рыжего наглеца, но… но есть очень важный нюанс!
— Подожди, ты что… предлагаешь мне брак лишь потому, что я резко стала политически выгодной женой? – прошипела, не скрывая волны негодования.
— Что? – дракон искренне растерялся. – Нет же!
— Ну да, как же. Ты вообще хоть любишь меня?
И на эти слова Дерек отреагировал будто на выстрел, чуть даже пошатнулся от непонимания.
— Рита! Я же когда уходил, сказал тебе, чтобы ты помнила о моих словах…
— Ну а я забыла!
— Что?! Боги! Вот надо было тебе как по закону подлости забыть именно это!
— Скажи уже прямо: любишь, нет?!"
"Дракон вдруг почти с рыком поднялся с колена, нагло схватил меня в объятия и через секунду впился в губы требовательным, но невероятно нежным поцелуем.
И когда я вновь ощутила прикосновение его губ, тут даже сомнений не осталось – я определенно точно хотела провести весь остаток дней с этим человеком. И уже никакая магия не была тому причиной.
— Ну… конечно люблю, – шепнул Дерек куда тише и заботливее, когда нехотя разорвал поцелуй.
Я растерянно потупила взгляд, понимая, что вся раскраснелась. И почему так неловко?
— Тогда… тогда я согласна.
— А-а-ай, да вы мои хорошие! – громогласно загремел голос Виктора, словно он только этого и ждал. – Ну вот, вроде как всё пошло полностью через одно место, но моя дочь всё равно будет королевой. Ай да я!
— Виктор, – неожиданно шикнула на него королева, а после пронзила колким взглядом, – вот уж лучше помолчи!
— Как бы это ни было странно, – заговорил Морган, – но брак, на который ещё недавно посмотрели бы с враждебностью и безумием сейчас и правда идеально решает наши проблемы.
Как только мы провозгласим, что для решения конфликта был заключен такой священный союз, народ с обеих сторон тут же успокоится. И никто в Первом мире не будет смотреть на королеву-эшритку с презрением, ведь она станет почти героиней, что спасла их от войны.
— Вот уж и правда, всё, что не делается, всё к лучшему, – мягко улыбнулась королева.
— Эй, Рэндолский, – не переставал громыхать радостью отец. – А мы ведь с тобой, получается, теперь родственниками будем?
Хорошо, что Каллен в этот момент уже отпустил горло скованной Габриэллы, потому что иначе он бы его попросту переломал пополам…
— Надеюсь, у Николаса ещё остался отравленный коньяк, – только и выдавил из себя генерал, заставляя моего отца расхохотаться ещё громче.
Поднялся шум, гам, переговоры с кучей голосов.
