— Но мама!..
— Дорогая, не смотри на меня так. — Стук каблуков прервался. — Разве она нужна не для того, чтобы облегчать тебе жизнь? Только заранее ничего ей не говори. Будет необходимость, тогда и прикажешь.
Молчание продлилось целую вечность. Я слышала, как болезненно и гулко бьется мое сердце, как шумно дышит Шантия, а потом…
— Ты права, мама.
Входить туда расхотелось. Не сейчас. Я круто развернулась и на цыпочках направилась обратно на первый этаж.
Не уверена, что смогу вспомнить, как оказалась в кабинете министра Данлока.
Его самого не было дома, а мне требовалось побыть одной. Где еще с большей вероятностью найти уединение, как не на запретной для всех обитателей дома территории?
Если поймают, вряд ли меня за это убьют. Максимум — отругают, но пять позорных минут я как-нибудь вытерплю.
Закрыв за собой дверь, я швырнула туфли в угол… и с тихим рычанием ударила кулаком в стену. В глазах потемнело от боли, зато эмоции схлынули.
Хлюп.
Я плачу?!
Второй раз за день? В смысле ночь.
Хлюп.
Определенно плачу.
Секунда страха, граничащего с ужасом, потом пришло осознание, что стекающие по лицу капли не причиняют мне никакого вреда. Обычные теплые и… мм-м… немного соленые слезы.
Нет, я точно какой-то мутант!
Дальше я совершила настоящее кощунство — забралась с ногами в большое кожаное кресло министра. Просто оно показалось удобнее, чем второе, которое стояло по другую сторону стола.
Там я хорошенько проревелась, пожалела, что рядом нет еще какого-нибудь шпиона, желающего решить мои проблемы, и тут же отвесила себе мысленного пинка. Что-то ты совсем расклеилась, дорогуша! Забыла свое место?
В самом нижнем ящике стола лежал всякий нужный хлам. Там нашлась пачка салфеток. Я вытерла лицо… и не стала ее выбрасывать. Кто знает, когда в следующий раз меня пробьет на слезу? А узнать правду о жидкости, которая появляется из моих глаз, хотелось бы.
А то я уже начинаю чувствовать себя немного сумасшедшей.
Вытянув ногу, задвинула ящик.
Истерика отступила, ее место заняло такое настроение… срочно требовалось что-то сделать.
Например, поджечь дом вместе со всеми древними традициями, которые, кажется, въелись в стены.
Нет, не то.
Взгляд нашарил на столе золотую ручку. Ее подарила отцу Шантия на пятидесятилетие, и обычно он держал ее при себе, но сегодня, видимо, забыл дома.
