) нет Алининой. Вы оказались – вполне успешный самец, биология предписывает вам иметь как можно больше самок, находящихся в репродуктивном периоде. Это выгодно для процветания вида. Почему у вас с Алиной не было детей?
– Я не хотел. Помнил про Гуттиэре и боялся. (см. «Забывший имя Луны»)"
"– Тогда вина все-таки – на вас. Ребенок, дети могли бы все изменить. Хотя… Кроме всего прочего, есть и еще одна причина – тоже отчасти биологическая. Есть старые люди, Вадим, и есть молодые. Мы с вами – старые, а Алина и ее погибший любовник Сережа – молодые.
Одним не понять других. Мы говорим цитатами из других книг и кинофильмов, по-другому двигаемся, по-другому развлекаемся, едим и любим. В конце концов, от вас пахнет по-другому, чем от юноши. Все это можно простить за талант, за творчество, за полет – поэтому у артистов, певцов, талантливых ученых и прочих творцов никогда не будет недостатка в искренних молоденьких любовницах, поклонницах, аспирантках и т.д. Но вот за деньги, квартиру, машину, косметические салоны и пр.
позабыть обо всем этом, увы, нельзя. Смириться да, можно, но внутреннее ощущение «купилась» всегда имеет оборотную сторону – презрение к тому, кто купил. И это утверждение я бы включила в памятку для немолодых бизнесменов, которые бросают старую жену и женятся на молодых и красивых…
– Вы меня, можно сказать, уничтожили, – Вадим опустил голову. – Особенно про запах… Вообще-то я и сам думал приблизительно об этом, но как-то, видимо, не решался сформулировать…
– Ну что ж, я сделала это за вас.
Ведь вы сами называли меня жестокой.
– Тогда вы думали, что Федора убил я?
– Да, каюсь, именно так я и думала.
– А теперь, как в старом еврейском анекдоте: «То ли он украл, то ли у него украли, но… нехороший душок остался».
– Увы, да, Вадим. Вы не могли довериться мне, я не могла – вам. И это уже не в первый раз. И, разумеется, неспроста. Мир устроен довольно рационально, и все, происходящее с нами, – его послания.
Надо только уметь их читать…
– А вы никогда не делали ошибок при чтении?
– Вообще-то нет. Когда я пошла в школу, то читала лучше всех в классе…
– Обидно. Вы… вы сожалеете о том, что между нами…?
– Нет! Разумеется, нет! – искренне воскликнула я. – Все было замечательно. И не думаете же вы, в конце концов, что моей жизни много таких… приключений…
Вадим грустно улыбнулся и покачал головой.
– Вы дрожите, Анджа.
