А, была-не была, расскажу!
И я приступила к рассказу. Нина слушала внимательно, задавала вопросы, вполне разумные, вскипятила чайник, достала что-то сладкое, разлила чай. И вовремя, кстати — от долгого говорения у меня уже першило в горле. Наконец, я закончила свой рассказ на том моменте, когда я проснулась на Земле.
Нина спокойно отпила чая, потом спросила.
— И что ты теперь намерена делать?
Пришлось рассказать и о беременности, и о таинственном ""голосе"" и даже про измену Сергея и про то, что я подала на развод.
И то, что буду все это время готовиться к новому переносу — искать и скачивать любую полезную там инфу, закупать малогабаритные и необходимые там вещи. Денег у меня не так чтобы много, да и зарплата… Обнять и плакать, короче. Наверное, продам квартиру, разделю основную часть между детьми, а на остальное буду покупать. У меня ещё есть родительская однушка, проживу я там эти восемь месяцев.
Нина решительно перебила мои разглагольствования.
— Что от своего никчемушника решила избавиться — это ты молодец, правильно делаешь! Но только есть ещё и наша с Колей квартира и дача.
Мы это быстро продадим, сезон покупок ещё вовсю идёт. И на все эти деньги будем покупать!
Увидев мое вытянувшееся лицо, она весело хмыкнула.
— Не думаешь же ты, что я теперь от тебя отстану? Нет уж, сестричка, хоть чучелом, хоть тушкой, но я с тобой! И пусть только попробуют меня не пропустить! Это мироздание и так мне должно за все! И Гришенька и Коля…"
"Голос у Нины сорвался, но она быстро справилась с собой.
И теперь я вновь видела свою сестру — энергичную, решительную, собранную. Она выходила на тропу войны с мирозданием за своего ребенка! Я даже не стала лезть в ее сознание — и так было понятно, никакого сумасшествия там нет и в помине. Она выслушала, приняла информацию к сведению, проанализировала ее, и приняла решение. Теперь ее с этой дороги и танком не свернешь.
Уходила я от Нины с облегчением в душе. Сестра увидела цель — перейти вместе со мной и найти своего сына, так что медленного умирания больше не предвидится.
Я обещала, что завтра с ней обязательно увижусь и расскажу, что мне удастся сегодня узнать. А для себя я решила, что вырву у этого разума мирового разрешение на перенос сестры вместе со мной. Шантажом, угрозами, любым способом, но я уже не могу оставить ее здесь.
А теперь мне надо навестить дочь Рахмона, Гулю, и посмотреть на малыша.
