Я люблю тебя, моя маленькая, самоуверенная, умная, красивая и самая желанная на свете женщина, - шептал ей так, чтобы слышала только она одна.
- Я люблю тебя, мой самый лучший, самый надежный мужчина, - прозвучало в ответ. Это старость, иначе на знаю, отчего сердце сначала ухнуло в пятки, а потом чуть не выпрыгнуло из груди.
- Может, ну их всех? Пусть сами развлекаются? - вынес на рассмотрение дельное предложение. - Эскалада на парковке.
- Согласна. Сын до утра на бабушках. Ко мне?
Брачная ночь вышла жаркой. В машине мы даже не целовались, потому что потом не смогли бы остановиться.
Крышу сносило от сумасшедшего ощущения счастья, и того, что Мила теперь принадлежит мне единолично, вся моя - целиком и полностью. Даже документ есть. Оказывается, я собственник ненормальный. Под платьем обнаружились чулки и бесстыдный кружевной комплект, ничего не скрывающий, а лишь подчеркивающий полную грудь и стройные бедра. Не без конфуза, но супружеский долг мы исполнили. Весьма качественно, и раза четыре. Не переставая шептать друг другу такое банальное, но такое важное ""люблю тебя"".
Эпилог
Эпилог
Двадцать лет спустя"
"Основную часть времени мы проводили в доме, построенном специально для нашей семьи. Огромный особняк был продан еще Андреем Николаевичем при переезде в Москву. Этот же коттедж располагался в поселке чуть дальше от города, был гораздо меньшим по площади, зато прилегающий участок радовал простором. Инна со всей старательностью навела нам малоуходную красоту без вычурных парадных клумб.
Уютное уединенное место, где с радостью собирались и наши друзья, и друзья детей, которым разрешалось бегать по газонам и играть в футбол, не опасаясь сломать что-либо ценное.
- Мам, пап, а это что? - наш старший сын выбежал на террасу, сжимая в руках какие-то бумаги. Ярослав взял со столика очки и принялся читать первую страницу.
- Сына, для будущего юриста ты плохо соображаешь, написано же - брачный контракт, что непонятного? - сдвинув очки на лоб, он с усмешкой смотрел на старшенького, из-за которого случился весь этот переполох и, собственно, брачный контракт.
- Но там ваши имена! - недоумение было таким искренним, что мы засмеялись. - Пап, тут написано, что за каждый год совместной жизни ты платишь маме два миллиона!
- Долларов? - удивленно воскликнула дочка, высовываясь из окна кухни. Сколько ни ругали, все равно перелазила через низкий подоконник, сокращая путь на террасу. Теперь смирились. Да я и сама этим грешила.
- Рублей, - уточнил ее брат.
