Автор
Столь последние сутки непостижимыми путями проникают в мою голову. Решительный управляющий внедорожником Макс сохраняет спокойствие, как будто ничего не произошло. Вчера я осознала его тонкую суть — как нежны его руки и мягки его губы, как приятен его запах совсем близко. Но никому об этом знать нельзя. И все же я помню это слишком четко....
— Я несла огурцы!
— Вот упрямая, а! — сказал он и беззлобно рассмеялся.
Ого, Дамир умеет смеяться? Прямо как человек? И даже нормальный?
Сегодня для меня открылась Америка. Я почти Колумб.
— Теперь повод для ревности будет и в мою сторону. Карим.
— Да, Карим, — повторил как-то натянуто Дамир имя брата.
— Ты всё ещё не рад этому браку?
— А ты? — ответил вопросом на вопрос он.
— Я — нет, — сказала я. — Меня не спрашивали, впрочем. — А ты тоже не рад?
— Давай не будем о плохом, — попросил Дамир, проигнорировав мой вопрос.
Мы болтали ещё с полчаса точно, пока почти не уговорили всю бутылку вина. Говорить с ним было так легко, словно он мой друг и я знаю его уже давно. Приятные открытия, и даже неожиданно приятная компания на этот вечер. Жаль, только когда дорогу очистят нам придётся вернуться в нашу холодную реальность.
— Так, Камилла, хватит хохотать, и поднимайся, — сказал Дамир мне, забрав недопитый бокал вина из моих рук.
Он поставил бокал на стол. Я ухватилась за его руку, и Дамир дернул меня на себя. Я не устояла на ногах — о да, вино в голову мне ударило ещё как! — и просто свалилась ему в руки.
— Ой, — опять глупо хихикнула я, залипая в его синие нереальные глаза. — Нереально синие глаза…
— Что? — спросил он, впрочем не торопясь выпускать меня.
Его руки так и остались крепко обнимать мою талию даже когда я перестала пытаться не грациозно завалиться.
Ой. Я невинно захлопала глазами.
— Я вслух сказала это? Извини.
— Мне тоже нравится смотреть в твои глаза, — неожиданно заявил он, опуская взгляд на мои губы.
Меня начинало колошматить снова от его близости, интимности момента, осознания, что мы в доме совсем одни, от его взгляда, касаний, запаха. И от этого желания, которое я ловила в воздухе. Дамир хотел меня поцеловать.
Пока я раздумывала, что мне со всем этим делать, он опустил голову ниже и приник к моим губам.
Меня словно пробило стрелой. Я замерла и вытянулась в струну, глотая эти новые для себя ощущения. Сопротивляться мне в голову не пришло. Я поняла, что уже давно этого хотел не один только Дамир — я хотела тоже.
Я позволила ему ласкать свои губы, скользить по ним своими, слегка покусывать и проводить по контуру горячим кончиком языка.
