Не могу прикасаться… Меня на части рвёт, как начинаю думать о том, что эта мразь её поимела! — в порыве ярости, подрываясь с кресла, сметаю со стола всё, что попадается под руку.
Всё летит, разбивается и гремит, впиваясь в мозг острыми иглами.
— В крови Марии нашли кетамин.
— Я знаю! — направив на Дана обезумевший взгляд, высекаю всё, что давит на меня сильнее каменной плиты. — Знаю, как и то, что она беременна! Три недели, сука мать вашу! Я, блять, бесплоден! От кого ребёнок? От покойного мужа? От кретина, с которым в день пожара она пьяной шоркалась в баре? Или от Соболя? С которым, благодаря продажной подружке, она вышла под руку в пижаме? Прямо из его квартиры! Сколько косяков, Дан! Я, блять, готов тебя на куски рвать! Я не хочу этого ребёнка! Любого другого — пожалуйста! Да хоть парочку! А этого ублюдка не хочу!!! — спазм сердечной мышцы вынуждает меня заткнуться и схватиться рукой за грудь.
Ни вдохнуть, ни выдохнуть не получается. Тело ледяным потом обдаёт.
Дан, подорвавшись на ноги, находит в шкафчике оставшиеся после прошлого раза инъекции.
Набрав из ампулы лекарство в шприц, рубит мне укол через рубашку в онемевшее плечо.
— Остывай, старик. Ну тебя нахер. К тебе спичку подносить не нужно. Воспламеняешься автоматически.
* * *Пока щиплющее тепло разлетается по всему телу, несколько секунд пытаюсь релаксировать. Недолго. До первой возможности сделать вдох.
Наполнив лёгкие необходимым воздухом, расправляю грудную клетку. Чувствую, как сердце возобновляет свой ритм. Гулко и всё ещё с натяжкой качает будто бы загустевшую кровь с активными вбросами каких-то отравляющих меня химических элементов.
И этот яд проносится по телу, заново разжигая деструктивные эмоции. Сводит меня с ума.
Нужно на что-то переключиться. Погрузиться в работу. Выместить злость и агрессию на боксёрский мешок. Съездить к Захарову? Мать хотела увидеться с Тимом. Я тоже по нему соскучился. Хотя бы с пацанёнком отвлекусь. Блять, да что-нибудь, только бы свалить подальше от этих стен, где все пропитано её запахом, голосом, смехом, вкусными сексуальными эмоциями.
Везде она.
Маша… Маша… Маша…
Я как безумец свихнулся на ней!
— Рус? — Дан выдёргивает меня из состояния фрустрации. — Предполагаю, Мария подверглась насилию. К ней бы психолога хорошего отправить."
"— О чём ты? — машинально подхватываю с дивана пальто, натягивая на плечи. — Она даже не пыталась себя оправдать! Вместо того, чтобы попросить о помощи, высказалась по поводу Анжелы и всего, что с ней связано.
