Автор
В темном зале невидимых свечей, женщина медленно надевает на шею кинжал с роскошной отделкой. Зеркальное стекло золотого шнура остается безналичным — признаком вечности, которую она готова принять за взамонопole. Кровавые тени скользят по её лицу, создавая мрачную атмосферу загадочного и изощрённого самопожертвования....
— В юности все мы пережили много хорошего и плохого, — возразила Жасмин, — хотя я от души надеюсь, что тебя минуют все волнения и беды. Слишком нежное у тебя воспитание — ты вряд ли сумеешь справиться с такими трудностями.
— Бабушка Велвет тоже росла в холе и неге, а посмотри, как отважно она боролась с роком и победила.
— Тогда были иные времена, — мягко заметила Жасмин, понимая, что ее дочь, рожденная и выросшая в Англии, многого не знает о чужом и враждебном мире.
— Пойдем, мама, поможешь мне выбрать туалет к завтрашнему приему, — попросила Индия.
Герцогиня Гленкирк громко рассмеялась столь нелицеприятной оценке. Нелестной, но очень точной. Сама Индия вечно вертелась перед зеркалом. Неизменно нарядное платье, аккуратно подстриженные ногти, модная прическа. Фортейн была полной противоположностью старшей сестре.
— Давай сначала поищем платье для твоей сестры, — предложила Жасмин, зная, что Индия целую вечность будет рыться в гардеробе, пытаясь решить, что надеть завтра.
— Ты права, мама. Главное — найти что-то почище, хотя Нелли из кожи вон лезет, чтобы наша буйная Фортейн выглядела прилично, — решила Индия и, засмеявшись, добавила:
— Поверишь, мама, никто не злит меня больше, чем Фортейн, и хотя ей все и всегда безразлично, я в самом деле ее люблю!"
"— Знаю, — уверила герцогиня, и обе поспешили наверх. Восхищенная изумительными нарядами французских придворных, Индия, верная своему слову, возвратилась из Франции полная решимости заказать новый туалет… нет, дюжину новых туалетов, по последней моде и из лучших тканей, расшитых драгоценными камнями и золотой канителью, с нижними юбками из парчи, которые так красиво выглядывают в разрез модеста3.
