Вот и подумай — нужны ли они тут? А может и тебе с ним в Новгород съездить? Вернешься на будущий год, как раз все тут поостынет.
— А коли Андрея зовут поговорить? И он вернется вскорости?
— Ты сам-то веришь в то, что говоришь? — горько усмехнулся Афанасий. — Стал бы царь из-за паренька такую возню устраивать, если бы хотел поговорить? Да и зачем ему отправлять за ним целый десяток?
— Ну… да кто его знает?..
Глава 8
1553 год, 9 сентября, поместье Андрея на реке ШатАндрей затянул последний ремень и немного попрыгал, проверяя как сидит его доспех.
Не болтается ли? Новый доспех его сидел отлично. Точнее не новый, а новый-старый…
Перегрузка мерина легкой породы и неспособность его вести нормальный бой при текущем весе снаряжения заставляло Андрея экспериментировать. Тем более, что сидение в этой осаде оставляло довольно много времени на это занятие. Все равно делать особенно было нечего.
Свой доспех, понятно, он не трогал. В чем ему сражаться то в случае чего? Зато у него имелся определенный запас стрельчатых пластин и несколько трофейных кольчуг панцырного плетения.
Вот он и собрав небольшой фрагмент своего ламелляра обстрелял его бодкинами шагов с десяти. И получилось хорошо. Понятное дело, что стрелы безнадежно травмировали пластины, отправляя их под замену. Но, и это очень важно, углублялись за них неглубоко. Что, после некоторого раздумья, позволило ему отказать от кольчуги на корпусе. Тем более, что крепко привязанные к тканевой основе стрельчатые пластины не разъезжались и крепко держались своего положения, в отличие от обычной ламеллярной вязки без основы.
Вдовушки сшили Андрею новый стеганый кафтан, усилив немного простежку на груди. А потом, растерзав один из трофейных панцирей, нашили прям на этот кафтан фрагменты кольчуги[37]. В частности, рукава и подол. Сверху же на этот кафтан надевалась пересобранная за ночь ламеллярная жилетка. Ее собрали на сыромятной коже, достаточно жесткой для того, чтобы ее можно было «поставить» на бедра как полноценную кирасу, разгрузив плечи.
Но не очень толстой. Да и, положа руку на сердце, толстой у него и не было."
"Все эти ухищрения позволили «снять» с защитного снаряжения Андрея целых шесть килограмм. Не так чтобы и много. Но копейка рубль бережет. Да и в сложившихся условиях шла борьба за каждый грамм. К тому же тотальному пересмотру были подвергнуты не только доспехи, но и одежда и прочее…
Конечно, таким нехитрым способом невозможно компенсировать излишнюю легкость «волосатого мопеда».
