– Вы выдумываете… Или… Может быть, это сон?
Я царапнула себя ногтями по руке и почувствовала боль. Нет, не сон. Реальность. Ужасная сокрушительная реальность.
И тогда до меня стал доходить смысл сказанных ими слов.
Мой Дима ушел.
Дышать снова стало тяжело, и я начала хватать воздух ртом, не слыша криков приближающихся мамы и врача.
- Что с ним произошло? – прошептала я с трудом, глядя на Сашу.
Она молчала. Смотрела на меня, плакала и молчала.
- Что произошло? – повторила я громче. Ноль эффекта. И тогда я закричала во всю мощь легких:
- Говори мне, что произошло!
Я кинулась к Саше и стала трясти за плечи.
Ее тело было бессильным, и голова болталась из стороны в сторону.
- Говори! Говори мне!
- Полина, успокойся! – закричал Игорь и поймал меня в объятия. – Прошу, успокойся. Ей тоже нелегко.
- Он разбился на самолете, - ответила вдруг она хриплым от слез голосом.
- На каком самолете?! Куда он летел?! Слушай, Саша, этого не может быть, - проговорила я, вдруг подумав – наверняка это какая-то чудовищная ошибка.
- Он был со мной до самого утра. А потом уехал.
- Они все разбились, вся его семья, - ответила Саша и взглядом, полным слез, посмотрела на меня. – Как теперь жить, Полина? Я ведь так сильно любила его…
Ее слова стали стрелой, которая попала прямо в сердце.
Как.
Теперь.
Жить?
Силы снова покинули меня, и я осела на скамейку рядом с Сашей. И зарыдала, качаясь взад-вперед. В это время к нам подошли мама и врач, который выглядел не очень довольным.
- Парень, давай-ка, помоги ее увести в машину, - велел он Игорю.
- Успокоительное поставлю.
- А это не опасно? – спросила мама, гладя меня по голове.
Врач покачал головой.
- Опасно ее в таком состоянии оставлять. У нее же истерика. Или вы хотите, чтобы она с собой что-нибудь сделала, дамочка?
- Полегче, - осадил его отчим, подошедший следом. – Какая она вам дамочка?
- А вы бы вообще подошли к дочери и сделали бы что-нибудь, - разозлился врач. – Видите, что у нее истерика. И столбом стоит, как идиот.
- Слушай, ты, - обозлился Андрей, - не указывай мне.
- А ты веди себя как отец, - нахмурился врач.
- Она не моя дочь, - процедил он сквозь зубы.
- Теперь понятно. Свою бы дочь успокоил, - хмыкнул врач.
- Ему и своя не нужна, - сказала вдруг Саша, и мама удивленно на нее уставилась.
- Андрей, это твоя дочь? – спросила она, держа меня за руку. Тот лишь коротко кивнул. А после велел Саше идти за ним. Она с трудом встала и пошла. Видимо, отчим решил увезти ее.
