- Нет, я пришла показать одну вещь, - тихо сказала Саша и поднесла к стеклу перегородки два расправленных листа бумаги – так, чтобы отец видел написанное на них.
- Что это? – прищурился он.
- То, что тебе давно нужно было сделать. Тест на отцовство. Ты ведь сомневался в том, что мы с Русланом твои дети. Поэтому я решила развеять твои сомнения. Смотри. Видишь? Тут, внизу. Вероятность отцовства составляет девяносто девять целых, девять десятых процента. Ты мой отец. И отец Руслана.
- Что? – пробормотал Андрей. – Бред.
Я был уверен, что вы не мои дети. Ты же меня обманываешь. Это подделка!
- Нет, это не подделка. Это действительно результаты генетического теста, - тихо ответила Саша, и в ее глазах заблестели слезы. – Знаешь, пап, раньше я все время тебя оправдывала. И если бы ты за последние годы хотя бы раз обнял меня, хотя бы раз назвал дочкой, хотя бы раз… - Девушка с трудом сдерживала слезы, и говорить ей было тяжело. – Хотя бы раз сказал, что любишь меня, я бы была на твоей стороне, несмотря ни на что.
Я была бы самой преданной дочерью на свете. Но ты… ты ненавидел меня так сильно просто из-за того, что считал – мама тебе изменяла. А это не так. Она любила тебя до самого конца, хоть и знала, что ты с ней из-за денег дедушки. Терпела твои измены. И плакала каждый день, когда ты ушел к другой. В отличие от тебя мама была верной.
По щекам Саши покатились слезы, и она быстро смахнула их тыльной стороной кисти.
- В последние годы ты как будто с ума сошел. Ведь когда я была маленькой, ты был не таким.
Не параноиком, помешанным на деньгах и власти. Не жестоким уродом. Пап… В детстве ты был для меня героем. И знаешь, я буду считать, что ты умер в тот день, когда бросил нас, - прошептала Саша, сжимая трубку. – Больше я никогда не назову тебя отцом. И Руслан – тоже. Думаю, и Женя тебя забудет. Посмотри, до чего ты дошел. Когда ты выйдешь, рядом с тобой даже детей не будет. Тебя для нас больше нет. Береги себя.
С этими словами Саша бросила трубку, вскочила с места и выбежала из помещения для встреч.
А Андрей закрыл лоб рукой и сидел так неподвижно до тех пор, пока к нему не подошел охранник, чтобы увести в камеру.
Когда Саша выбежала на улицу, то долго глотала прохладный осенний воздух – ей казалось, что она задыхается. Руслан не без труда успокоил ее, посадил в машину и поскорее поехал прочь от темного мрачного здания.
- Не жалеешь, что приходила к нему? – спросил он, не отрывая руки от руля.
- Нет, - прошептала Саша. – Скорее, мне жалко его.
