В Плененном принце мир тонкого равновесия нарушается. Природа обыденности встает под ударами политической суматохи, и герой Эрasmus оказывается центром ожесточенного баланса между королевской властью и древним кланом феодалов. Утрищевой сюжет разворачивается в закрытых готических замках и загадочных пустошах, создавая интригующую атмосферу изнурительных игр веры и власти....
Вела та лестница на крышу странной формы с затейливыми изгибами, навесами, нишами, скульптурными рельефами. Стало яснее ясного, что это путь к свободе.
Чтобы по-идиотски не таращиться на двор, Дэймен переключил внимание на комнату. Судя по опилкам на полу, здесь проводились какие-то тренировки. Декор и тут казался чрезмерным; выглядел он чуть старее и грубее, но выполнен был в том же стиле, что и весь гарем. Наверное, всё в Вире казалось частью гарема.
Крест, о котором говорил Лоран, стоял в дальнем углу комнаты.
Слуга принялся испытывать прочность креста, навалившись на него всем весом. Крест не шелохнулся.
Лоран говорил «крест», а на деле это был столб для порки.
Дэймен впервые принял командование семнадцатилетним, и порка считалась частью военной дисциплины.
При этом он знал, что плеть ломает даже сильнейших. Ломает и убивает. Впрочем, даже в семнадцать Дэймен не дал бы своим подкомандным гибнуть под плетью. Если человек не выполняет разумных приказов, не соблюдает обычную дисциплину – и командиры тут не виноваты, – в войске ему не место.
Он, наверное, не умрет, но будет очень больно. В этой ситуации Дэймен больше всего злился на себя. Он знал, что в итоге пострадает сам, потому и не поддался на провокацию насилием. А теперь он у столба для порки только потому, что Лоран с его привлекательной фигурой долго молчал и тело Дэймена позабыло, где находится.
Дэймена привязали лицом к продольной балке, разведенные руки приковали к поперечине.
Дэймен не знал, сколько прошло времени, прежде чем в комнате наконец появился Лоран. Наверное, достаточно, чтобы принц обсох, оделся и затянул свои бессчетные шнуровки.
