Автор
Никто не может загнать в угол Виктора Юступова, сегодня — сотрудника генпрокуратуры, в прошлом — бойца спецподразделения. Кроме неё. Его Айи. Девушки, по которой он сходил с ума годы назад. И вот она снова вернулась. Как утверждает — к нему. Чтобы сделать предложение, от которого он не в силах отказаться....
Выбор съемной квартиры неслучаен?
— Нет, — она не стала лукавить, за что он мысленно ей поставил плюсик.
А ожидал, что будет.
Она удивляла его.
Про бредовое предложение родить ребенка — даже говорить вслух не стал. Бред — он и в Африке бред.
Принесли заказ, и Айя, пожелав ему приятного аппетита, принялась ужинать. Юступов шел в ресторан, даже толком не пообедав. Дела навалились. Плюс он не мог не думать об Айе.
Рассчитывал нормально поужинать, сейчас же Виктор ел, не чувствуя вкуса еды.
И это только начало.
Жил он себе вполне спокойно. Выбирал тех, с кем проводить ночи, строил карьеру. Когда у кузена Демьяна родилась дочка, и они назвали её Айей, в груди зажгло, нутро опалило неприятными воспоминаниями, но Виктор быстро справился с ними. И не такие воспоминания хранились у него в голове.
Виктор прошел несколько горячих точек, прежде чем решил, что хватит, навоевался, пора оседать. Это случилось за два года до встречи с Айей, когда мужчина активно занимался карьерой и про постоянных женщин, а тем более детей, не думал.
Не думал об этом и сейчас. Даже когда стал крестным маленькой Айи, ему вполне хватало прийти к Тарисову в дом и потутушкаться с мелкой. Свои — нет.
Виктор снова посмотрел на Айю. Сидит, беззаботная, кушает, причем не делая вид, что на диете. Ест, сексуально приоткрывая рот, показывая свой розовый язычок, который сразу же хочется вобрать себе в рот и пососать.
Сука! Почему его штормит именно от этой блондиночки? Оттрахать её и успокоиться.
— Очень вкусно. Спасибо, Виктор.
— Готовил не я. Благодарить надо повара. Пригласить?..
— Нет, ты что. Ох, я наелась. Нужно срочно в бассейн, сгонять всё лишнее.
— Калории можно сгонять и иным способом, — Виктор отодвинул тарелку и положил обе кисти рук на стол, более пристально посмотрев на Айю.
Та прекрасно поняла, о чем он говорит.
— Да, можно, только… — она замялась, не договорив. И снова у Виктора появилось ощущение, что он не видит самого главного.
Он! Привыкший всё замечать.
Упускает нечто неуловимое.
— Нервно всё, Витя.
От её простого «Витя» его кинуло в жар.
