Адиген покосился на девушку:
— Твоя идея?
— Генрих достойный сын Гордого короля, — улыбнулась Лилиан. — Он сам всё придумал.
— Любопытно… — Помпилио вновь посмотрел на Генриха.
— На Заграте никогда не было адмиралов, — произнес принц. — Два импакто и сторожевик трудно назвать эскадрой, поэтому обходились капитанскими должностями. Ты станешь первым, Помпилио. И, возможно, последним.
— Это большая честь, маленький принц.
— Надеюсь, ты не откажешься от нее?
— Но только на один бой, маленький принц, — очень серьезно ответил адиген.
— Я присягал своему миру и не собираюсь удваивать обязательства.
— Только на один бой, — кивнул Генрих. — Но на этот бой ты станешь загратийцем.
— Договорились."
"Принц вытащил из кармана сложенный пополам лист, на котором он от руки написал адмиральский патент, развернул его, собираясь прочесть, но в этот момент Лилиан бросила взгляд в окно и ошарашенно воскликнула:
— Самолеты!
«Откуда они здесь?! Как оказались посреди океана?! Гермес великий, что же ты делаешь?
Я читал истории о сражениях цеппелей, и все они выглядели обнадеживающе.
Как правило, воздушный бой представлял собой артиллерийскую дуэль, ведущуюся на расстоянии одной-двух лиг. Я надеялся, что скорость „Амуша“ позволит Дорофееву грамотно маневрировать и создать „окно“ до того, как наш корабль получит фатальные повреждения. Но самолеты…
Это стая ос, которая набрасывается на неповоротливый цеппель со всех сторон. Они быстры и подвижны. На каждом из них всего один пулемет, но этого достаточно, чтобы доставить крупные неприятности.
А самое главное: они могут сбросить бомбу на цеппель и тогда…»
Из дневника Андреаса О. Мерсы alh. d.— Еще выше! Еще!!
— Не успеем!
— Мы быстрее набираем высоту! Машинное отделение!
— Работаем!
— Как же они узнали, что мы придем с севера?
— Неважно!
Дорофеев принял решение мгновенно.
Остальные еще поворачивались к окнам, пытаясь разглядеть замеченные Лилиан черточки приближающихся аэропланов, только реагировали на возглас, только осознавали происходящее, а Базза уже оттолкнул рулевого и дал максимальный угол подъема.
И заорал на Бедокура, требуя прибавить. И объявил боевую тревогу.
В первые, самые важные секунды Дорофеев действовал предельно правильно, но при этом — быстро. И правильно, и быстро, подтвердив тем самым, что когда-то его не зря считали самым перспективным пиратом Северного Бисера. Он спас «Амуш» от самой опасной атаки — сверху, однако резкий крен отправил всех цепарей на пол.
