С тобой останется Катя и охрана, — я не хочу, чтобы он уходил. Если раньше я от него бежала, то сейчас боюсь его отпускать. Он — мое самое главное лекарство, и я еще не готова оставаться одна. Сглатываю, киваю ему в знак согласия, обещая себе справиться без Александра. Вскрикиваю, когда Саша неожиданно подхватывает меня на руки и выносит из кухни.
— Поставьте девочку на место, ей нужно обработать ручки! — кричит нам вслед Катя.
— Я сам это сделаю! — отвечает ей Саша. Он заносит меня в спальню, аккуратно укладывает на подушки, распахивает окно, впуская в комнату свежий воздух.
Снимает с себя футболку, оставаясь в простых спортивных брюках, и ложится рядом со мной. Хватается за ворот рубашки на мне и расстегивает пару верхних пуговиц. Смотрит на меня с теплой, но загадочной улыбкой, обхватывает мой затылок, зарывается в волосы, продолжая осматривать меня с улыбкой.
— Что за загадочный взгляд? — не могу не улыбнуться ему в ответ.
— Да вот думаю.
— О чем? — накрываю руками его сильную грудь, нежно лаская пальчиками.
— О том, что тебе очень пойдет фамилия Громова. Виталина Громова. Хорошо звучит, не находишь? — приподнимая брови, произносит он.
— Ммм, не знаю. Еще не думала об этом.
— Подумай, пока меня не будет. Какой у тебя размер кольца? — неожиданно спрашивает он.
— Все так серьезно?
— Все очень-очень серьезно, Кошка, — усмехается мне в губы и целует, всасывая их, лаская языком. Спускается дорожкой поцелуев на шею. Слегка оттягивает мои волосы. Но сейчас его ласки сдержанные, мягкие, без резких движений.
Словно я хрустальная и он боится, что я разобьюсь. Он спускается ниже, лаская языком ключицы, ложбинку между грудей, вызывая легкую дрожь во всем моем теле.
— Люблю тебя, котенок, — шепчет он, вновь возвращаясь к моим губам.
— Меня никто никогда так не любил. Покажи мне, что значит любовь, — прошу его, а сама зарываюсь в его волосы на затылке.
— Любовь — это нечто большее, чем секс, прикосновения и поцелуи. О ней нельзя рассказать или показать, как она выглядит, ее нужно почувствовать.
Ты ее чувствуешь? — спрашивает он, вновь улыбаясь мне в губы.
— Чувствую, — тяну его к себе теснее, обнимаю, утыкаюсь в его шею, целую ее. Глубоко дышу, вдыхая его терпкий мужской запах. Саша так быстро стал для меня всем. Всем, чего мне не хватало в жизни. Мудрым отцом, братом, другом, любовником и мужчиной, которого я обожаю. Он — вся моя жизнь. Только благодаря ему я жива и жду маленькое чудо, нашего ребенка. Ради него я почти искоренила из себя монстра.
