Это было что-то выше её понимания, потому что, видя этого мужчину впервые в жизни, Энджел испытывала такие чувства, от которых голова кружилась, и земля уходила из-под ног. Невозможно выдержать его взгляд и очень не хотелось, чтобы он и дальше вот так пытливо вглядывался, пытаясь прочитать то, что ему не предназначено. Его неспешные выверенные движения обезоруживали, и такая близость, когда он подошёл почти вплотную, едва задевая её грудью, вызывала трепет и предвкушение. А тепло, проникающее сквозь шёлк платья, волновал и раздражал кожу.
- Чего ты хочешь? – прошептал у самого уха. - Говори. – Не сказал, а скорее, приказал, коснувшись губами щеки.
Она чувствовала себя пленницей, реагировала на голос, так же, как на прикосновения. Словно уже обнажена, а слова как поцелуи, лёгкие касания – лёгкая приручающая ласка. Его настойчивые пальцы скользили вверх по спине, захватывали волосы, пробирались между лопаток к шее, вызывая волну мелкой дрожи. Медленно он шагал вместе с ней, вынуждая, переставлять ноги.
- Только… только не нужно шампанского, вина, конфет, свечей и тому подобного, - прошептала она.
- Не переживай, Птичка. Я не романтик, сегодня у тебя не будет всей этой дребедени. - Он прижал её сильнее, позволяя чувствовать своё возбуждение. – Где? На полу? На кровати? На столе? Может быть в душе?
- Мне всё равно… - произнесла на выдохе, остановившись. Отступать больше некуда – позади стена.
Плавные жесты мужчины убивали всякое зародившееся сомнение. Он обволакивал её. Окутывал, опутывал, дёргал за невидимые ниточки, играя как марионеткой.
Склонившись к ней, слегка надавил большим пальцем на нижнюю губу, заставив рот приоткрыться, и поцеловал. Не осторожно, не нежно и не трепетно, знакомясь и приучая, а с натиском, будто знал давным-давно, имел на неё права, в очередной раз предъявляя их. Согрел её губы, увлажнил языком, проник глубже, ошеломив своей настойчивостью. Удивительно, что поцелуй незнакомца может вызвать такую бурю эмоций, всколыхнуть всё внутри и затянуть в водоворот.
Горячий и пряный, от которого можно сойти с ума; влажный и интимный, скрывающий за собой нечто большее, чем просто возбуждающую ласку, слегка приоткрывающий завесу, показывающий маленькую толику того, «большого», что можно получить сегодня ночью.
- Всё-таки ты пил коньяк… - сказала, когда он ненадолго оторвался от неё, позволяя только перевести дыхание, а потом ещё раз приник к её губам, повторяя всё вновь. Ничего нового – всё то же самое, для усиления её волнения.
