Файфман кивнула:
– Еще отец купил дочери диски с программой «Семь шагов к смерти».
– Точно! – подпрыгнула я. – Один остался в проигрывателе, я включила его у девочки в спальне и превратилась почти в зомби. Потом Иван влетел в комнату, растоптал диск и выгнал меня. Но скорехонько опомнился, позвал назад, принялся извиняться. Говорил о своих расшатанных нервах.
Руфина опустила голову:
– Он выбросил весь курс, а про диск в дивидюшнике забыл. Когда вы его обнаружили, Ваня испугался и потерял над собой контроль, но потом взял себя в руки.
– Что такое «Семь шагов к смерти»? – не понял Федор.
– Американское ноу-хау, – пояснил Димон. – Пару лет назад о нем активно дискутировали. Некий психолог разработал курс лекций с элементами гипнотического воздействия, основанного на зрительных образах. Пособие предназначено для несчастных, от которых в связи с тяжестью их состояния отказались врачи, они признали их лечение бессмысленным. Психолог поставил перед собой цель облегчить моральное состояние бедняг, помочь им примириться с неизбежностью ухода, объяснить, что смерть не страшна.
Ее не надо бояться, наоборот, лучше позвать к себе.
– Жуть! – вздрогнул Приходько. – И это продается?
– Ажиотаж уже прошел, – пожал плечами Коробок, – была пора скандалов, на ученого подавали в суд, потому что случилось несколько самоубийств. Но американец выкрутился, его адвокат заявил: «На упаковке есть предупреждение: «Исключительно для прослушивания тяжело больными». Если кто-то из здоровых решил побаловаться, мы за него не в ответе и не можем нести наказание за нарушение психики, которое человек сам себе устроил».
– Ну и ну! – продолжал возмущаться Федор. – Небось им торгуют на «Горбушке» из-под полы.
– Там можно купить все, – согласился Коробок. – Только «Семь шагов» не запрещены, они находятся в легальной продаже. У нас свободное государство, каждый должен иметь выбор, что ему слушать и смотреть.
Приходько насупился, а я постаралась уйти от ненужных споров.
– Психологическое воздействие способно сломить психику, внушение – сильный метод, в особенности если его применяет такой значимый для Нади человек, как папа.
Но неужели он может изменить анализ крови?
– Психика таит в себе много тайн, – обтекаемо ответил Димон.
Я вцепилась пальцами в стол.
– Нет. И Алексей Николаевич очень кстати заболел, а ведь он не вел беседы с Иваном. Руфина, вы навещали Бутрова?
– Несколько раз, – неохотно призналась Файфман.
– Приносили ему зубную пасту «Нокко»? – не останавливалась я.
