Резко обернувшись, он предупреждающе фыркнул, сверля меня своими глазами цвета янтаря.
Слепому скунсу было бы понятно, что этот медведь один их них. Он тоже оборотень. И за этой бурой шкурой прячется еще один огромный воин с удивительными глазами.
- Я не причиню ему вреда, клянусь. Я пытаюсь затащить его в дом, чтобы помочь...
Я все еще не знала, понимают ли они человеческий язык и могут ли говорить, когда прошептала бурому медведю, не отстраняясь, даже когда его большая морда приблизилась почти вплотную к моему лицу, и черный нос быстро обнюхал меня, к счастью не поморщившись.
Он фыркнул, отступив назад, и снова повернулся мощной спиной, внимательно наблюдая за белым медведем, который продолжал крошить в мелкую соломку сопротивляющихся врагов.
Это было согласие и одобрение? Как научиться понимать того, кто не говорил?...
Боже, я была благодарна этому ясноглазому мишке за то, что он загораживал собой обзор, потому что, даже судя по звукам, то, что происходило по ту сторону его большого тела, было ужасным.
Стараясь абстрагироваться от мыслей, и страшных звуков умирающих в агонии врагов, я изо всех сил тянула на себя большое тело обернувшегося оборотня, упираясь ногами в пол. Я тянула его так, что мои руки тряслись от напряжения и низ живота начинал ныть от натуги, но едва ли это как-то помогало. В поте, грязи и крови я барахталась с большим телом, чья кожа обжигала мои ладони, но смогла протащить его лишь на немного в дом, и длинные обнаженные ноги по-прежнему были за порогом.
Не было времени и возможности думать о том, что он был сложен, как самое прекрасное создание.
И что он был совершенно голым...
Он был без сознания, а кровь по прежнему хлестала из его уродливой раны, которая словно три реки начинались от груди и, пробороздив по боку и животу, опускались к бедру....его располосовали.
Из-за меня....
Я вскрикнула от неожиданности, когда прямо перед моими глазами оказались две очередные голые коленки, и мощные руки с легкостью подняли синеглазого оборотня, отрывая его от пола и меня - потную, грязную и задыхающуюся от своей ноши.
- Куда его положить? - прозвучал низкий красивый мужской голос, и, чувствуя, как начинаю краснеть и стараться не пялиться на другого совершенно обнаженного мужчину, я подскочила с пола на трясущихся ногах, отрывисто махнув в сторону кровати.
