Порой мне кажется, что вот эта улыбка просто маска, а на самом деле он не такой тупой, но потом я слышу очередное его изречение и понимаю, что нет – он тупой. – Давай поженимся?
– Это именно то, что я хотела услышать с утра. – мрачно кивнула я, оценив шутку. – Как ты относишься к рыжим?
– Рыжим? – удивленно хлопнул ресницами парень. – Ты хочешь сменить цвет волос?
– Я – нет, а ты – да. – ответила я, и проклятая метка мгновенно оплела мои руки.
Между пальцев заклубился черный дым, который я сжала в кулак и бросила в Тиля.
Комок магии ударился в шею парня, но кожи не коснулся. Вспыхнул, проявляясь, его ошейник, и часть символов на нем изменилась. Новая порция колдовства немного изменила заклинание на служителе Бога, и вместо черного его волосы окрасились в рыжий, следом за этим посветлели его ресницы и брови. Нос картошкой и задорная борода. В общем, нашего Антильмария было опять не узнать. Нея и Бин, молча стоящие в сторонке, даже бровью не повели.
– Это чего такое? – моргал Тиль, щупая свое лицо и смешно скашивая глаза к носу, который теперь он мог хорошо видеть.
– Госпожа изволит гневаться?
– Я так понимаю, это близость сватов на тебя так подействовала. – вновь обращая взгляд в мутное зеркало и поправляя выбившийся из хвоста локон, сказала я. – Вчерашней тренировки тебе было мало. Поэтому сегодня тебя ждет занимательный урок дипломатии. Будешь прислуживать мне за завтраком. Нея, наши гости уже проснулись?
– Да, Ваша Светлость. – зевая, отозвалась камеристка. – Лакеи уже должны были накрыть стол, и оповестить гостей о завтраке с герцогиней.
– Вейн к нам присоединится? – спросила я.
– Нет, Ваша Светлость. – покачала головой девушка. – Господин Вейн еще до рассвета ушел в библиотеку и там закрылся. Он приказал никому не входить.
– Ясно. Бин, распорядись, чтобы нам подали вино ""Шехраз Арсималь"". – приказала я, открывая одну из шкатулок, стоящих на столе. Среди разных мелочей там лежала маленькая коробочка с артаханским орнаментом. В коробочке лежало несколько пилюль. Вытащив одну, проглотила ее, а саму коробочку передала Бину.
– Слушаюсь, госпожа. – поклонился секретарь и вышел из покоев.
– Хель, что это? Лекарство? У тебя голова болит? – участливо спросил монах, обеспокоенно заглядывая мне в глаза.
– Да, Тиль. Болит. – вздохнула я, глядя на него.
– Если бы я мог тебя вылечить. – искренне загрустил парень, и даже плечи его поникли. Его дар без труда справился бы с последствиями тяжелой ночи, но наша магия совершенно несовместима.
