Почему у меня ничего не щелкнуло, когда Макар говорил, что ему нужен сын и наследник?
Наверное, потому что бабушка не раз твердила, что мужчины всегда ждут мальчиков, ведь они продолжают род. Понимаю, что я оказалась в ловушке, и только по своей вине и глупости.
Бежать надо было от Макара на первом свидании, а не восхищаться его высокими скулами, мрачными глазами и волевым подбородком. С какой готовностью я отвечала на его вопросы, удивляясь его желанию узнать меня поближе. Дура! Он собеседование проводил на роль покорной тупой и беспомощной жены.
Это не влюбленность толкнула его месяц повозиться со мной и после сыграть свадьбу. Да, он сделал мне предложение по всем правилам: под ночным небом, на одном колене, но я ведь так и не услышала от него ”Я люблю тебя”. Спросил, выйду и я за него и готова ли быть его женой, и мне этого было достаточно, чтобы дофантазировать картинку до желаемого.
Ему была нужна жена, ведь ему уже тридцать пять. И он подошел к браку, как к бизнес-проекту, в котором власть должна быть в его руках.
Женщина его уровня из богатой семьи доставила бы ему в случае чего много проблем, а мне не к кому обратиться.
Вот только на днях на свадьбе у одного из его знакомых он был очень недоволен наглостью одной особы, которая посмела ему зубки показать при знакомстве. И вела эта девушка себя так, потому что за ее спиной стоял богатый дядя. И муж с нее пылинки сдувал, ведь она равная ему.
— Да пошел ты! — доносится крик Жанны.
— Лене твоей уже летит приветик от меня.
Вздрагиваю от глухого звука удара по стене, и беру заснувшего Тему на руки.
Отхожу к окну, крепко прижимая к себе сына.
— Проваливай из моего дома, — от рыка Макара меня обдает волной страха, —пока живая и целая.
Задаюсь вопросом, может ли он решиться на физическое насилие? И заслуживает „ли его моя сестра?
— Макар._ Я же не со зла. Макар, да к черту их всех. Тебе же было хорошо со
мной. Я просто хону быть с тобой. И только с тобой.
Это не дурость в ней взыграла, а желание заменить меня, ведь я так круто устроилась под крылом богатого, красивого мужика. Артем на руках недовольно кряхтит сквозь сон, и я сипло шепчу:
— Баю-баюшки баю.
— Я тоже могу тебе родить сына.
А вот только недавно говорила, что детей боится и не хочет так рано портить фигуру. Я тогда посмеялась, не уловив в ее словах нехорошего намека, что роды превратили меня в клушу.
— Даю последний шанс.
