— Вон! Сейчас же убирайся! — Артур хватает Илону за локоть, тянет к выходу.
Он так зол, что по-настоящему страшно становиться. Несмотря на то, что она — его мать. Он будто готов её убить!
Илона каким-то образом проникла на свадебную церемонию. Она ведь змея! Гадюка подколодная, которая всюду пролезет.
До сих пор не понимаю, как ей это удаётся?
Есть же такие люди, которым везёт по жизни.
Наглые, беспринципные, идущие по головам.
Это точно про неё.
— Ты должен выслушать меня, Артур, это не шутки! В последний раз, послушай же меня!
Шлеп.
Гости ахают, когда понимают, что Илона ударила сына по лицу.
— Сними розовые очки! Приди в себя, ну же! Хоть раз прислушайся к родной матери…
Музыка стихла.
Замолчали и гости.
На площадку обрушилась гробовая тишина.
Уже не до веселья.
— Это тест ДНК, — заявила она, указав на бумаги, которые Артур смял в кулак.
— И что там?
— Доказательства того, что Надя не твоя дочь.
Он распрямляет листы, приступая к изучению документов.
Мне хочется закричать, чтобы он не шёл у ведьмы на поводу.
Она в очередной раз что-то задумала, всеми способами пытается нас разлучить.
— Артур, — тихо зову, на ватных ногах двигаюсь в его сторону.
— Ты издеваешься, ты же его подделала! — швыряет бумаги обратно.
— Нет. Результат из двух разных лабораторий. Можешь и сам сделать, если не веришь. Хоть два, хоть три, хоть десять. Они подтвердят, что Надя… не твоя дочь!
— Довольно! Одна и та же песня!
— Ослушаешься мать — будешь всю жизнь жалеть. Ещё у меня есть это.
Теперь в руках Илоны появляется что-то, похожее на флешку.
Она с гордым видом подходит к организатору, протягивая ей это предмет.
— Включай. Подарок молодым от меня.
Мониторы, установленные в саду, оживают. Они начинают транслировать какое-то видео. На экране появляется… неужели! Это же Вика! Та самая Вика, с которой мы вместе в кафе работали.
Давно мы не виделись.
Кто-то снимает её на видео, беря интервью.
— Значит, Мила ваша подруга? — задаёт вопрос незнакомый мужской голос.
— Угу. Мы работали вместе. В элитном клубе, — тактично, совершенно спокойно заявляет она.
— Хм, в клубе?
— Да, официантками. Но, знаете, Мила не без греха… — хмыкает. — Я знаю Милу давно. Она подрабатывает проституцией — это правда. Ну а что! Да, это гадко! Но она этим занялась не от хорошей жизни. У неё мать была смертельно больна, ей выкатили приличную сумму на лечение!
Как доказательство показаны наши совместные с Викой фото в обнимку.
