Внезапно прилетевшая затрещина от оказавшегося сбоку старшины, подействовала весьма пробуждающе… Будучи сонным, я её заметил в самый последний момент, поэтому единственное что успел сделать, это сжать челюсть и поджать левое плечо.
Щеку и ухо моментально обдало жаром. Что такое боль я себе позволять не забывал — мы с ребятами с детства часто практиковали поединки на мечах без барьера, поэтому болевых ощущений от оплеухи практически и не заметил. А вот тот стыд, который я неизбежно ощутил наблюдая внимание всех без исключения окружающих сослуживцев, больно ударил по чувству собственного достоинства.
— Сказал же, сука, реще двигайся! — зарычал вмиг озверевший мужчина нависая надо мной.
Спокойно оглядевшись по сторонам и убеждаясь, что от других бойцов я не отстаю, а стоявшего напротив старшину раздражаю лишь тем, что не стараюсь делать всё показательно быстро, я исподлобья посмотрел на него и коротко бросил:
— И надо тебе было с утра настроение портить?
— Ты мне ещё попререкай…
Договорить ему было не суждено.
Мощным коротким апперкотом с правой в челюсть, от которого на такой дистанции увернуться сопернику было практически невозможно, и последующей двойкой туда же вдогонку, я отправил уже бессознательное тело военного на дощатый пол нашей казармы.
Попытку добавить этому козлу ещё и берцом по роже, неожиданно прервал подскочивший сбоку бугай, сгребая меня своими лапищами в объятия и валя с ног.
— Ах ты…
— Стой! — закричал парень, отмечая как мои руки инстинктивно пробираются к его шее и пытаясь спихнуть с себя.
Закрыть замок и взять бугая на удушающий мне не дали двое других следом же подскочивших парней, растаскивая нас в разные стороны.
— Успокойся, бешенный! Я просто разнять хотел! — вскидывая руки перед собой бросил крепыш, но на всякий случай встал ко мне боком.
— Это ты зря. Ему бы не помешало. — бросил я поглядывая на старшину, так ещё и не сумевшего прийти в себя.
— Так то оно так, только вот что теперь с тобой будет?! — с неожиданными переживаниям в голосе воскликнул бугай и уже более спокойно добавил.
— Не усугубляй своё положение.
— Поживём — увидим. — безразлично ответил я и накинув на плечи бушлат, направился в сторону выхода из казармы, на ходу бросив. — Пойдёмте, у нас построение.
Глотать унижения ради того чтобы избежать дальнейших проблем не позволяла мне не только гордость и чувство собственного достоинства, но и кое-что ещё."
"На днях, ещё перед отправкой в этот лагерь, у меня состоялся разговор со своими демонами.
